Онлайн-библиотека книг
Испугался он! А девчонка не испугалась?! Ты, урод, человека погубил! Единственную дочку у папки с мамкой отнял!
Портянкин кричал так, что нам с Ярцевым через прослушку заложило уши. Затем в кабинете на какое-то время зависла тишина. Должно быть, Ха Ха соображал, как бы еще попугать нашего горе-поэта.
– Короче, так, Буйковский: или ты мне сейчас пишешь чистосердечное, вот прямо тут, не сходя с этого места, или идешь в ИВС… Знаешь, что это такое? Изолятор временного содержания. И не просто в изолятор, а в карцер пойдешь, понял?! Я тебя к таким уголовникам посажу, что тебе армия раем покажется.
Портянкин вдруг разразился таким лошадиным ржанием, что мы с Ярцевым переглянулись.
– Мудрое, надо сказать, изречение, – продолжил между тем следователь.
– Я требую адвоката, – провякал между тем Буйковский едва слышно.
– Что?! – взревел, как раненый лев, Портянкин.
Ха Ха грязно выругался.
– Черт, если бы записать эту так называемую беседу Портянкина с подозреваемым! – вздохнул Ярцев. – Вот бы общественность узнала, как у нас ведутся допросы и выбиваются показания из подозреваемых!
Я посмотрела на Антона загадочным взглядом.
– А если я тебе скажу, что запись ведется?
– Как? – опешил Ярцев.
Я хитро подмигнула ему:
– А ты и не заметил, как я включила кнопку записи. Эх ты, журналист! Ты же все должен видеть и слышать!
Но ответить обрадованный Антон не успел: из прослушки донеслось такое, что мы порядком напряглись.
– Значит, колоться не хочешь? Ну, что ж, парень, не взыщи! С тобой хотели добром… Сидоров! Принеси-ка мне противогаз и побыстрее!..
