Клан Борзых: Приемыш

— Вы, ваше сиятельство, ещё ни разу на передовой не были.

— А ты был, сержант? — спросил я.

— Был, как не быть. Три раза. Два из них повезло, один не очень, — криво усмехнулся моложавый старик. — С тех пор седым хожу.

— К чему голову забивать? — вновь усмехнулся он. — Всё увидишь, Старый. Одной артподготовки многим хватает, чтобы животом перестать маяться на долгие годы.

— Очко рядовых переходит в суперпозицию. С одной стороны перекусывая стальной лом, а с другой не в состоянии удержать жидкие массы?

— Ха, не знаю, что такое суперпозиция, но подмечено верно, — с трудом выговорив новое слово ответил сержант.

— Похоже у вас тоже не сладко было, да, Старый?

— У вас это осталось в истории? Да, хлебнуть пришлось. Нас не с колёс отправляли, а после учебки, но увидеть пришлось всякого. И про судьбу-злодейку, и про верующих в окопах, и про солдатскую удачу.

— Да, всяко бывает, — проведя по гладко выбритой щеке, подтвердил Семён. — Знаешь, Старый, может мы и в самом деле сработаемся.

— Ты за княжича отвечай, тебя же за этим приставили. А я как-нибудь без няньки обойдусь, — не обращая внимания на недовольную гримасу Данилы, сказал я.

— А вот это вряд ли, — усмехнулся Семён. — Без нянек никто из нас не останется. Тем более ты. Сам увидишь.

Спорить я не стал, но и разговаривать дальше не имело смысла. Я лишь время от времени спрашивал, что за очередная диковинка, появившаяся на улицах. В основном всё было обычно, будто попал в глубинку, где ничего не менялось с восьмидесятых годов.

Только отсутствие машин на улицах немного смущало.

Кроме замеченного в прошлый раз имущественного и смыслового разделения, в этот я отметил некоторое несоответствие. Например, основные фермы находились в пригороде, между внешней стеной и первой оборонительной линией. Но в то же время у самого центра стояло гигантское здание, светящееся ультрафиолетом, с торчащими наружу зелёными листьями.

Многие функции дублировались, но, как мне объяснили, ближе к центру выносили лишь самое необходимое или ценное.

Конечно, от каких-то вещей в случае опасности нужно было отказаться полностью или почти полностью. Например, от скотоводства или ям для ферментации, они занимали слишком много места и не могли быть полностью переведены в центр. Но второе от человека почти не зависело, а первое решали несколько тысяч голов поросят и телят, что держались до определённого возраста ближе к центру.