Клан Борзых: Приемыш

Успею…

Только что толку, если пули его не берут? Не сдаваться! Не было ещё такой ситуации, которую невозможно было бы решить! А даже если нет, погибать без боя — не по мне. Схватив плетущегося от меня монстра за свисающий ошмёток плоти, я оттолкнулся от стены и вмазал твари по голове чем-то тяжёлым, слабо соображая, что держу в руке.

Подтянуться ближе, размахнуться от души и вмазать со всей дури!

Пусть перед глазами всё плыло, но я отчётливо понял, когда монстра повело в сторону. Чтобы ударить меня, твари пришлось поднять лапу, оторвав её от пола.

Потеряв равновесие элитник рухнул на бок, и я едва успел откатиться в сторону. Совсем рядом об пол грохнулась здоровенная, круглая словно труба лапа, оставив в бетоне трещины.

Тварь, рассвирепевшая из-за падения, начала ползти ко мне, каждую секунду грозя размазать своей булавой. А у меня даже отстреливаться было нечем, только какая-то ребристая железяка в руке. Раскрыв ладонь, я понял, что с остервенением бил тварь гранатой, да ещё и результата добился.

— Один я не сдохну, — усмехнувшись проговорил я и, выдернув чеку, бросил гранату прямо твари в морду.

И она отскочила назад! Оказавшись ко мне ближе, чем к монстру, и это осознание заставило меня перебираться по телам, в попытке найти хоть что-то, чем можно отбиться.

Не обращающий внимания на валяющийся кусок железа монстр с чудовищным упорством продолжал ползти ко мне, с ненавистью рыча, когда под ним бумкнуло. Зацепившаяся за рваную рану граната взорвалась прямо в проделанной пушкой дыре. Туловище твари чуть подбросило, по ушам ударила волна, а лампы на потолке осыпались искрами.

Но яростные фиолетовые глаза продолжали ползти ко мне в темноте.

— Да когда ж ты сдохнешь-то⁈ — прорычал я, понимая, что вариантов не осталось. Оставалась ещё одна граната, последний шанс забрать тварь с собой.

— Дайте света! — вдруг взревел Иван, и схватив соседний подсумок я вытащил фаер, рванул зажигалку и в ярко вспыхнувшем красном пламени увидел оскалившуюся рожу монстра, буквально в метре от себя. Он уже замахивался, чтобы поставить точку в нашем коротком, но бурном знакомстве.

— В сторону!

— Стреляй! — крикнул я, бросив фаер и откатываясь за груду тел. Громыхнул выстрел, во все стороны брызнула бетонная крошка, и сантиметрах в пяти от моей головы просвистело пушечное ядро. А следом за ним, пролетела и рухнула на меня лапа-булава элитника. Вот только не размозжила, а глухо стукнулась о помятый нагрудник.

Приходя в себя, я скинул её прочь и поднялся на четвереньки.