Клан Борзых: Приемыш

Шлем и винтовку она где-то потеряла, а ножны с мечом урод прижал коленом. Я подскочил как раз в момент, когда он скинул портупею с кинжалом и булавой, явно собираясь спустить портки. Подбежав, я оттолкнул одного из замерших на границе поляны уродцев, и выхватив из ножен валяющийся кинжал, окрикнул насильника.

— Эй, хряк! — удивительно, но подействовало даже лучше, чем я ожидал. Враг недоумённо повернулся ко мне, глядя налитыми кровью глазами, и в этот момент я ударил. В противнике было явно больше веса, он выглядел толстым, а не упитанным, но действовал почти с той же скоростью, что и я.

Закрылся предплечьем, отбил удар кинжала в сторону и тут же ударил в ответ. Как эта хрупкая девушка такой хук пережила? У меня чуть в глазах не потемнело, только и успел навалиться уже на врага всем телом, тот с лёгкостью выдержал давление, но я вывернул кисть, кинжал просел, воткнувшись прямо в глаз насильника, я же почувствовал неприятный укол и волну, прошедшую по телу. Уродцы заверещали, падая на колени.

— Надя! — окрикнул я, выдернув кинжал из черепа хряка, но, когда увидел совершенно чужое лицо, понял, что обознался.

— Сдохни, сдохни, мразь! — гневно орала девушка, когда я столкнул с неё противника, и несколько раз воткнула во врага в вытащенный откуда-то стилет. А затем, удивлённо пробормотала, повернувшись ко мне. — Пустой? Ты забрал?

— Уходим, быстро! — крикнул я, подхватив портупею врага. Уродцы хоть и реагировали заторможенно, но явно истуканами не были, хрипя и похрюкивая они бросились к нам, хаотично тыча копьями.

Да и девушка, пережившая шок, действовала заторможенно, словно не понимая, что её сейчас могут прибить. Пусть это и не сестра, но не бросать же её здесь.

Отбиваться от копий кинжалом? Ищите дурака. Схватив спасённую за руку, я потащил её за собой, петляя между деревьями. Твари с небольшой задержкой бросились за нами, видно, умом они не блистали. Дождавшись пока отряд растянется и выждав момент, я обогнул плотный кустарник и атаковал первого выбежавшего из-за него врага.

В том, что это враг, не было уже никаких сомнений.

Перехватив выпавшее из корявых пальцев копьё, я ударил следующего, попал криво. И дело не в том, откуда у меня растут руки, просто и древко, и враги были несуразными. Уродцы в своей «красоте» были похожи словно братья-близнецы, но в то же время были совершенно разными, вблизи это стало понятно.