Но меньше всего я ожидала, что он скажет.
— Развернись, я хочу твою попку.
Я испугалась. К такому сексу я не готова, но и ослушаться не могу. Жду, пока он даст мне встать, облизнув пересохшие губы, разворачиваюсь спиной.
— Колено на стул, — хорошо хоть мягкий. – И прогнись.
— Это будет больно?
— Это твое наказание, разве ты не хотела его? — шипит Герман, отдернув мой халат, и шлепает меня по половинке ягодицы. Я вскрикиваю и ощущаю на лепесточках пальцы. Сразу два. Они гладят. Елозят. Ласкают, так нежно, что меня начинает опьянять нежность движений, пока вдруг большой палец на ложится на кнопочку ануса.
— Герман…
— Расслабься, я еще ничего не сделал. Но сделаю… — шепнул он и вдруг укусил за попу. Тут же зализал место укуса и тихонько рассмеялся. – Мне нравится твой страх. Он смешан с возбуждением. А это дает свой особый шарм.
— Прекрати, пожалуйста, — улыбнулась я и посмотрела на него из-за плеча. Весь страх тут же прошел, потому что человек, который смотрит так, не может сделать больно.
И я прикрыла глаза, полностью отдалась в его власть и постаралась довериться, когда очень влажный большой палец проник в меня и начал растягивать.
Именно в тот момент, когда средний и указательный растирали клитор. Сначала медленно. Затем все быстрее, пока я перестала думать о боли в анусе и потерялась в очередном, сильнейшем оргазме. Пока тело стало единым инструментом, на котором играл лучший музыкант. Лучший исполнитель. Он создавал симфонию пошлых, смачных звуков, шлепков и моих хриплых стонов.
А кульминация прошла настолько гладко, что, когда член оказался внутри, я только подивилась, что смогла принять в себя такой размер.
И Герман проникает до самого конца, руками держит мои бедра и почти полностью вынимает. И резко вперед.
— Какая тугая попка… Соня… — сдавлено хрипит он и снова.
Назад, медленно отпечатывая во мне каждую выпуклую вену, и вперед. До самого конца, шлёпая мешочками о половые губы. И с каждым разом скорость проникновения увеличивалась, амплитуда движений уменьшалась, и я вскрикивала на каждый толчок, наслаждаясь тем, как до краев заполнена.
Пока окончательно не сошла с ума, потому что он начал не просто трахать, он начал долбить. Снова и снова. Снова и снова. Держа меня за бедра и буквально натягивая плоть на себя.
Резко. Размашисто. С воем.
Пока перед глазами не заплясали новые искры, пока вдруг он не схватил меня за волосы, подтянул к своему члену и начал заливать все лицо терпкой влагой.
