Но я решила оставить ребенка, мне его Господь вместо Сережи послал».
– Мгм, – буркнул Андрей.
Я стала объяснять Савельеву, как обстояло дело.
– Когда родилась Ира, Вере было очень трудно. Подруги старались поддержать ее, но ведь у них у самих семьи. Один раз я заехала к ней, увидела, что она буквально шатается от усталости, и предложила: «Позвони отцу Ирочки, пусть он тебе поможет». Но Вера резко ответила: «Родить ребенка было моим единоличным решением. Можно считать, что отца у младенца нет, есть биологический донор.
Он не должен знать, кто появился на свет в результате использования его спермы. И вообще, мне эта тема неприятна!»
– И вы ее закрыли? – с недоверием спросил Андрей.
– Да, – подтвердила я. – При всей своей приветливости и мягкости Вера очень волевой человек. И она не болтлива. Я, например, ничего не знаю о ее детстве и жизни до свадьбы с Юрой. Вернее, слышала минимум информации: про рано погибших родителей и тетку, которая Веру воспитывала. А зачем тебе координаты отца?
– Ириша умерла, – горько напомнил Андрей.
– Мне Вера тоже ничего об отце дочери не сообщила, сказала только: «Алименты на ребенка я не получаю и более обсуждать эту проблему не хочу». Сейчас же я подумал… наверное, ему надо сообщить о кончине дочери… может, он захочет проститься с ребенком. Я бы очень переживал, все же родная кровь…
Я стала отговаривать Савельева от этой затеи.
– Тот мужчина и не слышал об Ирине. Вера активно не хотела встречи с ним. Зачем доставлять ей еще большие страдания? И, прости, разреши дать тебе совет.
Похорони девочку сейчас.
– Веруша не сможет принять участия в погребении, – возразил Андрей, – она в реанимации.
– Именно поэтому и следует упокоить Иру! – воскликнула я. – Твоей жене не стоит видеть разверстую могилу, пусть запомнит дочь живой.
– Все равно она придет на кладбище, – уперся Андрей.
– Да, конечно, – грустно согласилась я. – Но одно дело принести букет на могилу, и совсем другое – наблюдать, как гроб опускают в землю. Избавь Верушку от стресса.
"
"– Нет, – твердо произнес Андрей, – Вера мне не простит, если не скажет Ире последнее «прощай».
Я прикусила язык. Савельев очень любит супругу, он днюет и ночует в больнице, привез к Вере врача из-за границы, делает все возможное, чтобы реабилитировать жену после инфаркта. И он искренне считает: Верочка хочет стоять у гроба дочери, поэтому и решил хранить забальзамированное тело Ириши до момента, когда ее мама сможет принять участие в погребальной церемонии.
