Клетка для души (СИ)

Да, он смог раздразнить хельдинга, и первый раз тот был напористым и властным, но таким неумелым… Все произошло только на одном неистовом желании… А второй раз? Нежный, словно извиняющийся… Если бы не слухи, Сайшес подумал бы, что попал в постель к девственнику… Хотя…

Не складывалось все! Даже образ безжалостного убийцы, просящего привезти врача для жертвы… Бред.

В коридоре таверны послышались неторопливые шаги. Еще не близко, но Сайшес, очнувшись от мучивших его мыслей, понял, что пора уходить.

Проходя мимо стола, высыпал с тарелки за ворот рубахи большие красные яблоки. В Таринии они еще не вызрели, а Сай знал, как их любит Зак. Когда дверь в номер открылась, Сайшес был уже верхом на стене, огораживающей сад. Миг - и он затерялся на улицах города.

Эпиграф к главе написан eingluyck1!

Если ты проснулся утром,

И не помнишь – в чьей постели,

И блондястая лахудра

В матримониальной цели

Угрожает вдруг проклятьем,

Если замуж не возьмешь…

Значит, вечер вышел знатным.

И вчера - ты был хорош!)))

*** Дорога в Хёльд.

Ольгерд ехал во дворец... Он все пытался собраться, настроиться на нужную волну перед возвращением... Пытался, но вместо этого всё вспоминал и вспоминал, как ладонью ощущал чужое, бешено бьющееся сердце, и самообладание вновь разбивалось на осколки.

В таком состоянии нельзя было показываться Харальду на глаза. И Ольгерд сразу после телепорта, уже на своей земле, приказал остановиться у ручья.

.. Напоить лошадей... так он сказал... Гвардейцы переглянулись: секрета не было, что Ольгерд эту ночь провел не один. К охране принца они подходили всерьёз, и всё, как-то связанное с ним, не оставалось для верной десятки секретом. Но никто из них даже вида не подал, что знает об этом. Все десять оберегали Ольгерда, как могли. Все десять скорее дали бы убить себя, чем расстроили бы его хоть чем-то. Но и с сочувствием к принцу они не лезли, потому что слишком хрупко было то равновесие в его душе, за которое он держался. ..

Ольгерд спасал людей, не думая о себе совершенно. Гвардейцы, словно няньки, сами заботились о нем - не во дворце, конечно, там они старались не подходить к принцу - но в поездках у того всегда были готовы ванна, ужин, постель. Ольгерд никогда и ни о чем не просил для себя лично, он почти не разговаривал, замкнувшись в себе. Гвардейцам приходилось самим догадываться обо всем по малейшим деталям.