Клетка для души (СИ)

Говорили, что они могут изменять свой облик в бою… Но, может быть, это возможно и в мирной жизни? Говорили так же, что демоны и посмеяться над доверчивыми людьми тоже любили… Вчера не удалось, может, решили посмеяться сегодня?

– Ольгерд… - послышался у его уха голос нагайны, - если вы отпустите мою руку, не сломав, я смогу представить вам всех присутствующих тут…

Он вздрогнул, только сейчас сообразив, что сжимает руку женщины так, что у той побелели пальцы.

- Простите… - Ольгерд, смутившись, разжал ладонь.

- Позвольте, я представлю вам моего сына… - Нагайна передвинулась чуть вперед, вставая между молодыми людьми.

Эпиграф к главе написан eingluyck1!

Клянись не верить никогда,

Взглянув в змеиные глаза.

Не доверяй и обещай –

Сберечь себя – и убегай!!!

Пускай кровавая слеза,

Тебе подскажет, что нельзя -

Не стоит слушать злой навет,

Смертельно - принимать браслет,

Беги, любовь моя, беги!

Пусть не найдут тебя враги…

Я все снесу, и все стерплю,

Ты – жив! И я тебя люблю!

Улыбка, что сочится ядом,

Улыбка? Нет, скорей оскал…

Он ненасытным лижет взглядом

Того, кто о Другом мечтал!

И раскаленными гвоздями

Вбивает в сердце злую ложь,

Чтобы окольными путями

Заполучить тебя.

Как бы Сайшес невинен не был,

Любимым он предупрежден.

Вкусить отравленного хлеба?

Не для того он был рожден!

*** Материк Камия. Страна Тариния. Небольшой городок на границе с Хёльдом.

Представление в цирке закончилось засветло, потому что и началось оно не в урочный час.

- Что бы ни случилось, не смей выходить на арену, - прошипел Морион, заглядывая Заку в глаза. – Понял? Не смей! И верь мне!

- Браво! Я в восхищении! – Харальд соизволил похлопать в ладоши.

Хлопал он, конечно же, своей Жемчужине, остальные циркачи его вообще не волновали. Чернь... Для нее у короля не было одобрения: она и так была создана, чтобы забавлять его.

Морион подошел и поклонился королю.

- Мы рады были развлечь вас.

- Я хочу выразить мой восторг мальчишке с мораном. Позовите его сюда! – и махнул рукой, отсылая Мориона, словно слугу.

Тот, улыбаясь своим мыслям, ушел, вскоре вернувшись с Сайшесом. Канатоходец, еще не переодевшись, так и пришел - в облегающем черном шелке, с маской в руках. Король просто пожирал его глазами. Сайшес поежился: сейчас он чувствовал себя выставленным на всеобщее обозрение, словно товар в лавке.