Клетка для души (СИ)

- Нет, - Луана впервые видела сестру, переживающую за кого-то, - я подправила нити Судьбы. Он не утонул, его подобрал корабль, шедший вверх по течению...

- Вверх... – ахнула Тьма, - а они искали внизу... Что за корабль? Где мальчик сейчас?

- Не знаю, что за корабль, я не всматривалась... помогла, и ладно... А где мальчик... ты же сама знаешь, что я не могу следить за твоими созданиями...

- А почему помогла?

- Его душа... Я никогда не видела такую.

- Темную? Его отец чиэрри...

- Да нет же! Такую чистую душу не встретишь даже на Светлой стороне.

- Душу? Я так поняла, что его душу выжгли...

- Так вот почему она такая маленькая... А искры в ней? Черная, золотая и рыжая?

- Золотая – это его мать-оракул, она вырвала частицу своей души. А потом и Арт сделал то же самое, но его душа едина с супругом - отсюда и третья искра...

- Оракул... Вот почему мне казалось, что эта искра даже впереди меня... Интересно, что она даст душе мальчика... и остальные... А поцелуй возрождения?

- Я спасла возлюбленного моего сына.

- И все-таки ты изменилась...

*** Город Ситан. Камия.

Большой цирк-шапито собирал вещи. Труппа уже довольно долго выступала тут. Богатый город давал много денег, но со временем почти все жители, посмотрев программу раза два-три, больше не спешили тратиться, потеряв интерес. Нужно было переезжать. Хорошо, что гильдия магов около трехсот лет назад позаботилась создать сложную систему стационарных телепортов по всему континенту, и теперь передвижение до больших городов занимало совсем мало времени.

- Быстрее, собачьи дети! Нам еще в Ниране пересадку на телепорте делать! - хлыст в руке в раздражении бил по начищенным сапогам светлого эльфа. – Сабих! Тебе двадцать раз напоминать, что сначала отвязывают веревки внизу шатра и убирают щиты, купол потом!

Хозяин цирка Морион был изгнанником, что совсем не прибавляло ему доброжелательности. И делало и так скверный характер иногда просто невыносимым.

Морион никогда не одевался так, как все светлые эльфы, и вел себя, словно выгнали не его - словно он сам, своей волей, оставил сородичей и удалился в гордом одиночестве.

Рабочие уже грузили в фургоны лавки для зрителей и, подгоняемые окриками, почти бегали.

Морион недовольно обернулся, перед ним стоял один из тех, кто занимался зверинцем: чистил клетки и кормил зверей.