К лицу прилил жар, воздух стал горячим, раскаленным… Судорожные вдохи не приносили облегчения, они опаляли легкие, причиняя адскую боль, которая жадными пожирающими щупальцами пробиралась внутрь все глубже, поражая все живое на своем пути… ее живую плоть… Руки противно задрожали… Из глаз потекли ядовитые разъедающие слезы… Лицо перекосило гримасой отчаяния. Она замотала головой, беззвучно повторяя «нет, нет, не может быть, это неправда», будто уговаривая себя, но не веря. Затем включила в раковине кран на полную и позволила себе разрыдаться.
"
"Елена понятия не имела, сколько прошло времени. Вытягивая себя из бездонного колодца отчаяния, она заставила себя встать и подойти к зеркалу. Глаза казались двумя пустыми кратерами, спутавшиеся рыжие волосы походили на выгоревшую на солнце траву, бледное лицо превратилось в осунувшуюся маску из папье-маше, какие она делала когда-то в детстве, когда ходила в художественную школу. Только те маски были расписаны красивыми яркими узорами, а эта была изуродована потекшей тушью и размазанной косметикой.
Ноги у нее подгибались, все тело ломило и трясло, словно от лихорадки. Она чувствовала себя постаревшей и разрушенной.
Потерянная и вымученная, девушка вытащила из заднего кармана джинсов резинку, собрала волосы в хвост и умылась с мылом, смыв остатки макияжа. Кожу тут же стянуло. Мыло оказалось дешевым и резким, вовсе не предназначенным для ухода за нежной кожей лица… Она вспомнила про крем для рук в сумочке, но, глянув на себя в зеркало еще раз, понуро опустила глаза.
Какая теперь, к черту, разница? Сил бороться у нее не было, во всяком случае сейчас… Она не чувствовала в себе больше той бьющей через край энергии, которая когда-то двигала ее вперед — покорять новые вершины… Возможно, это было то самое убеждение, что он ее любит… такой мужчина, как Лука… Теперь остались лишь усталость, боль, безразличие ко всему и разочарование…
Вернувшись в палату, Елена положила телефон обратно в карман пиджака, уже особенно не заботясь о том, чтобы не быть замеченной, и опустилась в одно из кресел, задумчиво глядя в темноту.
Сейчас ей уже казалось, что она всегда это знала — он изменял ей. Изменял постоянно. У него для этого было предостаточно возможностей. Он без конца мотался по командировкам, задерживался после корпоративов и деловых встреч, иногда просто приходил поздно как ни в чем не бывало.
