— Вопросов больше нет?
— Вы забыли про право на отказ от дачи показаний, — сделал замечание адвокат, надевая очки и доставая свой мобильный из портфеля. — Кроме того, моя клиентка в первую очередь хочет знать, в связи с чем ее вызывают в качестве подозреваемой, открыто ли уголовное дело и какие в нем имеются материалы. Во время допроса я буду производить аудиозапись, которая потребуется мне для дальнейшей работы.
Следователь совсем помрачнел и обреченно вздохнул.
— Позавчера к нам поступило заявление от некоей Ларисы Павловны Рогожиной, которая приходится вам?.
.
— Вдовой моего отца, — вставила Кристина, покосившись на адвоката.
— Она обвиняет вас в краже дорогого ожерелья из дома, где она проживает по месту регистрации по адресу: Одинцовский район, деревня Жилино, коттеджный поселок Никульчино, дом семнадцать, куда вы явились без ее приглашения и уведомления. К заявлению она приложила видео с камер наблюдения, на которых вы проникаете в дом вместе с неким гражданином, с которым, судя по кадрам, состоите в связи…
Кристина уже собралась было возмутиться, но Филипп Иванович ее перебил.
— Вы уверены, что на видео зафиксирована именно эта девушка? Разве проводилась какая-то экспертиза? В какой день была совершена запись?
— Запись от двадцатого сентября. Время — тринадцать тридцать, — сухо констатировал полицейский.
— Кристина Петровна, вы помните, что вы делали в это время двадцатого сентября? — взял на себя инициативу юрист."
"Выбитая из колеи и совершенно растерянная Кристина лишь напряженно переводила взгляд с адвоката на следователя.
— В-вообще-то нет… Это было давно…
— Хорошо, — следователь нехотя кивнул и вновь пронзил ее испытующим острым взглядом, от которого в тесном неприглядном кабинете некуда было деваться. — Вы посещали этот дом в приблизительно указанный срок?
— Вы не обязаны отвечать, — поспешно вставил Филипп Иванович. — Однако, хочу заметить, что этот дом принадлежал отцу моей клиентки вплоть до его смерти. Теперь он принадлежит ей по оставленному им завещанию.
— Вы уже переоформили право собственности? — полицейский скучающе приподнял бровь.
— Пока нет, но это дом, в котором она выросла. Ей никогда не нужно было специального разрешения, чтобы в него прийти. Так что спекуляции и провокации на эту тему совершенно неуместны.
Не обращая никакого внимания на замечания адвоката, светловолосый молодой человек продолжил с невозмутимой уверенностью, больше не притворяясь дружелюбным.
