— Ваш отец передавал вам ключи от этого дома?
— Нет… — нехотя отозвалась загнанная в угол Кристина.
— С точки зрения закона, дом на момент вашего туда проникновения действительно принадлежал вашему отцу, — вновь насел следователь на Кристину, — и вы в нем не были зарегистрированы, как и ваш спутник, в отличие от Ларисы Павловны, вашей мачехи. Мы вполне можем рассматривать это проникновение как незаконное, тем более что пропала очень ценная вещь. Могли бы вы рассказать, с какой целью явились тогда туда в сопровождении… — блондинистый полицейский поискал что-то на экране компьютера, — Логинова Луки Дмитриевича, у которого ключи от дома явно имелись?
Кристина вновь бросила растерянный взгляд на адвоката, чувствуя, что утопает в этом бреде из надуманных обвинений, на которые ей нечего было возразить по сути, будто и правда все указывало на нее.
Филипп Иванович, однако, оставался совершенно спокоен и невозмутим.
— Вы говорите о проникновении в дом как о свершившемся факте, — возразил он, — тогда как моя клиентка его не подтверждала.
— Хорошо. Спрошу по-другому. Вы бывали в доме отца после его смерти?
— Не отвечайте, — тут же среагировал адвокат.
— Вы по крайней мере знакомы с Логиновым Лукой Дмитриевичем?
— Да. Он… мой сводный брат, сын Ларисы Павловны.
— Так почему вы решили явиться в дом вашего отца по приглашению Луки Дмитриевича, а не вашей мачехи, которая проживала там с вашим отцом все супружество и к тому же была там зарегистрирована?
— Вы не обязаны отвечать и на этот вопрос, Кристина, — резко перебил адвокат.
— А вы, — он сдержанно кивнул полицейскому, — задаете наводящие вопросы и манипулируете. Моя клиентка скорбела по скоропостижно скончавшемуся отцу и имела полное моральное право посетить дом своего ближайшего родственника, где ее всегда встречали с распростертыми объятьями, в том числе и упомянутая вами дама.
— Посещать — возможно. Но воровство ценной вещи, явно не принадлежащей ни ей, ни ее отцу, на весьма круглую сумму — это уже совершенно иной расклад. Тем более что данный факт зафиксирован при помощи видеокамер.
— Вы не имеете права по собственному усмотрению, без предъявления улик, вынесения решения по следствию и решения суда считать мою подопечную виновной. Кристина Петровна и я желаем ознакомиться с данной видеозаписью.
