Клянусь луной

Когда мужские пальцы стали ритмично двигаться и гладить, Тия застонала в голос, а когда скользнули куда-то вглубь, ее тело пронзила судорога, невыносимая и сладкая. Ей даже стало на мгновение страшно от тех эмоций, которые рвались наружу: хотелось кричать и плакать, будто от боли.

Руки Тии помимо воли вцепились Патрику в волосы, перебирая и дергая их, бедра начали двигаться так, чтобы ягодицы скользили по выпуклости под ними.

Патрик тихо охнул и задышал чаще. Желание немедленно овладеть невестой было почти непреодолимым, но он понимал, что время для этого еще не пришло.

Быстрое, животное совокупление в полутемном экипаже не входило в его планы, здравый смысл нашептывал остановиться, пока не поздно. Он мог дать Тии гораздо больше, когда случится их первая ночь, и уж точно не здесь, на неудобной, узкой скамейке.

Возможно, все его благие намерения рассеялись бы в прах, если бы экипаж неожиданно не остановился. Едва не застонав от разочарования, Патрик заставил себя отстраниться и поправил юбки Тии.

— Боюсь, нам придется отложить это увлекательное занятие на другой день, — вздохнул он. — Мы уже приехали.

Тия смотрела на Патрика, даже не понимая смысла произнесенных им слов. Ее тело пылало огнем, кровь бежала по венам и стучала где-то между ног. Осознав наконец, что происходит, она отпрыгнула на свое сиденье, охнув и зажав рот рукой. От стыда за свою податливость она покраснела и закусила губу.

Несколько секунд Тия смотрела на Патрика, но когда он протянул руку к дверной ручке, намереваясь помочь ей выйти из экипажа, опередила его и первой выскочила наружу.

Заметив, что Патрик собирается ее проводить, она протестующе подняла руку.

— Не нужно. Мне не требуется компания, — дрожащим голосом произнесла она. — Оставь меня одну!

Губы Патрика недовольно сжались.

— Я обязан это сделать, коль скоро мы помолвлены. Мы не должны пренебрегать принятыми правилами.

— Плевать мне на них! — крикнула Тия. — Не смей провожать меня! — Она приподняла юбки и побежала к дому. Не успел Патрик и глазом моргнуть, как она скрылась за дверью.

Выругавшись, Патрик снова сел в экипаж. Отодвинув перегородку, отделявшую салон от извозчика, он велел: «Уайтс»! — и экипаж покатился прочь от дома мисс Гарретт.

Патрик был членом этого клуба с юных лет. Здесь собирались его друзья и знакомые, как когда-то собирались друзья его отца. Несмотря на то что время (по понятию Патрика) было довольно ранним, в зале не оказалось почти ни одного свободного столика.