Клянусь луной

Все ее сомнения разрешила чужая рука. Она высунулась из темноты, схватила ее за пиджак и резко вдернула внутрь. Тия испуганно пискнула, когда вторая рука — несомненно, мужская и очень крепкая — зажала ей рот. Тия оказалась прижатой спиной к чьей-то широкой груди. Кто-то невидимый ногой захлопнул дверь, и она оказалась в кромешной тьме. У Тии от ужаса глаза едва не вылезали из орбит, сердце стучало то в желудке, то в горле. Тия чувствовала, что, если этот кошмар продлится еще хотя бы секунду, она просто потеряет сознание от страха.

И как раз в этот момент над ухом тихо раздалось:

— Ш-ш! — А рука, сжимавшая рот, исчезла. — Я не собирался пугать тебя, милая. Просто ты слишком долго торчала на пороге. Тебя могли заметить. — Это был Патрик Блэкберн.

— Торчала?! Я не торчала. Я оценивала ситуацию! — возмутилась Тия и злобно наступила ему на ногу. Она бы не простила себе, если бы не воспользовалась этой возможностью, — Патрик здорово ее напугал.

От такого неожиданного нападения Патрик отступил назад и хмыкнул.

— Прошу меня извинить. Я неверно истолковал ваше топтание у двери, — учтиво шепнул он. В его голосе была ирония.

— Рада, что так забавляю вас своим поведением, милорд, — скривилась Тия. Сердце ее продолжало неровно биться, но, к ее величайшей досаде, уже не от страха. Ее волновала близость Патрика, невидимого в темноте, — в этом было что-то очень интимное. Казалось, протяни руку, и она дотронется до него… проведет по его груди, а может, и еще где-то.

Тия опять поежилась, недовольная направлением своих мыслей. Находиться в пустом доме, в полном мраке наедине с таким привлекательным мужчиной было весьма мучительно.

Чтобы переключиться на другую тему, она шепотом спросила:

— Что вы здесь делаете? Я думала, вы все еще на балу.

— Уверен, что именно так вы и думали. — Патрик беззвучно приблизился, обнял ее за талию и потянул туда, где должен был находиться кабинет. Тия еле сдержалась, чтобы не отстраниться.

 — Как только я избавился от Найджела, я немедленно устремился сюда. — Он шептал так тихо, что Тия едва разбирала слова. — Я же не мог вам позволить веселиться в одиночку.

— А нельзя зажечь свечу? — спросила она негромко. — Я боюсь споткнуться.

— Разумеется, можно, если вы хотите оповестить всех о нашем вторжении. Дом огромный, и мы можем оказаться в нем не единственными гостями.

Тия мысленно отругала себя за то, что забыла о безопасности.