Милая моя, ты же в него не влюблена вот ни настолечко!
– Вы правы на сто процентов! – простонала Люба. – Характер у него плохой. Но ничего, приспособимся, проживем как-нибудь. Такого, значит, мне Бог послал.
Зоя покрутила пальцем возле виска.
– Такого, – сказала она с нажимом, – ни один Бог послать не может. Как бы ты ни нагрешила, Божье милосердие вообще-то безгранично, а Борис Владиславович и милосердие – две вещи несовместные. Понятное дело, ты нас с Таней слушать не хочешь. Таня замужем, и у меня, как назло, роман.
Ты нам, наверное, завидуешь. Завидуешь-завидуешь, не спорь! Я бы лично завидовала. Да я и завидовала, помнишь, когда ты пришла ко мне и рассказала, как целовалась у Розенберга? Я подумала: «Вот, а у меня опять ничего».
– Ну а теперь у тебя как? – Люба воспользовалась первой же возможностью, чтобы перевести разговор на другую тему.
– Насчет меня не беспокойся. Ванька поиграет со мной, да и отстанет, а не отстанет, я сама его пошлю. Он хороший мужик и заслуживает нормальной жены, а не такой старой идиотки, как я.
Будущего у нас нет.
– Зачем ты так говоришь? Деми Мур вышла за этого, как его там, Катчера, что ли, и прекрасно с ним живет, а разница в возрасте у них еще больше, чем у вас. Да что Голливуд! У меня сосед по даче женился на тетке, у которой дочь его ровесница, и нормально все. Она родила даже.
– У каждого своя судьба, – заметила Зоя философски. – У кого-то получается, у кого-то – нет. Не уговаривай меня. Если я начну воспринимать Ваньку всерьез, я с ума сойду.
Ладно, раз пошла такая пьянка, налей еще по одной.
Люба повиновалась. Закусывать было нечем, и обе они слегка захмелели. Зоя говорила резкие, обидные вещи, но лучше было слушать ее справедливые упреки, чем сидеть одной, разложив перед собой телефоны, и гадать, почему не звонит Максимов. Странно, но, понимая ему цену, Люба очень переживала, если он долго не давал о себе знать. Иногда она принимала решение порвать с ним и ждала его звонка именно для того, чтобы объявить о разрыве.
Но телефон молчал, Люба думала: а вдруг он сам решил ее бросить? – пугалась этого, и идея разрыва испарялась, как роса под лучами солнца. Следовало признать, что хладнокровный Максимов избрал правильную тактику. Принцип «чем меньше женщину мы любим» срабатывает безотказно. Люба понимала уловки Максимова, тем не менее велась на них. Так муха запутывается в паутине, даже если знает ее структуру и химический состав.
