– Чем быстрее ты поймешь, что Стас никогда не будет с тобой, тем более прекрасным останется тот вечер в твоей памяти».
– Борька выпьет всю радость из твоей души! – патетически закончила Зоя.
– Как это у него получится?
– Элементарно, Ватсон. Человек не может быть счастлив, если он недоволен собой. А Максимов будет постоянно внушать тебе, что ты ничтожество. Нет, ты точно не слышала, что тебе Таня говорила!
– И в постели его от вас тошнит, – подхватила Таня. – И на работе вы неизвестно чем занимаетесь! А как хозяйка вы вообще ничто.
Он не сделает вам ни одного подарка, не даст ни копейки на одежду, но при этом будет упрекать, что вы плохо выглядите. И подкрепит свои утверждения стройной системой доказательств, не поверить которой просто невозможно! Я поверила, и вы тоже рано или поздно поверите.
Диана обошла беседку по периметру, проверяя, не прячется ли в кустах сирени Танин муж.
– Не кричи так, – сказала она тихо. – Миллеру не обязательно это знать. Девочки, можно, я скажу? Может быть, Максимов изменился после развода и действительно полюбил Любу?
– Из камня масло не выжмешь, – отрезала Зоя.
– Я просто хочу сказать, что хороший брак – это когда люди друг для друга делают то, что лень делать для себя. Мы же всю жизнь, как барон Мюнхгаузен, тащим себя за волосы из болота. Друг друга вытаскивать легче, правда?
Зоя разразилась адским смехом:
– Какой Мюнхгаузен, Диана! Мы только что выяснили, Максимов не человек, а крокодил. Полезет он из своей природной среды, как же! Наоборот, схватит Любу и утянет на дно.
Зоя с Любой решили не оставаться обедать. Глядя на них, Таня весь вечер будет вспоминать Максимова, а они и так уже доставили ей много неприятных минут.
Миновав утопавшие в кустах сирени особняки, вышли на оживленное Петергофское шоссе. Простоявшая весь день солнечная погода вдруг сменилась серой хмарью, небо затянуло тучами. Праздничное сияние дворцовых куполов угасло, заморосил мелкий, совсем осенний дождь.
Подруги подняли воротники льняных пиджаков и укрылись под стеклянным коробом остановки.
Автобусов, как назло, не было, пришлось залезать в какую-то деревенскую маршрутку, больше похожую на пенал для карандашей, чем на автомобиль. Люба вспомнила, что именно в таком допотопном агрегате она впервые увидела Стаса. У них не было мелких денег, и Стас за них заплатил. Интересно, Зоя ему вернула?
Люба покосилась на подругу. Та проверяла звонки в мобильном.
– Ты подумай, – сказала она гордо, – восемь звонков и три сообщения.
