– Юля округлила глаза и едва заметно покачала головой. – Это не так.
Голос ее дрожал, я испугалась, что следом в ход пойдут слезы.
– А как? – уточнила я.
Селиванов тем временем чуть удалился от нас, пытаясь поспеть за резвым шпицем.
– Это Наташа попросила.
– Так, – подбодрила ее я. – Подробнее.
Юля поправила берет, посмотрела на тупые носы своих ботинок и заговорила:
– Наташа передала Весте на хранение пакет. Она боялась.
– Чего?
– Кого… своего парня.
Я не стала уточнять, но поняла, что речь, вероятнее всего, шла о Борисове.
– Подробнее.
– У Наташи не очень с деньгами было. А тут мало того, что симпатичного мужчину встретила, так еще и состоятельного. Я за нее порадовалась.
«Конечно, – подумала я. – Теперь путь к сердцу Павлика открыт».
– Но потом я узнала, что он ее на наркотики подсадил.
– Как узнала?
– Ну, она мне предложила попробовать…
– А ты?
– Отказалась, – выпалила она и посмотрела на меня с удивлением. – А она рассказала, что теперь у нее новая жизнь. И мужчина, и даже работа.
– Какая?
– Она решила помогать ему наркотики продавать. И даже план придумала, как с этого больше выгоды поиметь. Она живет в районе бывших коллективных садов. Там… – Она с трудом подобрала слово. – Потребителей – тьма! А у тех свои друзья-знакомые. Она собрала базу. Как-то хитро с ними договаривалась.
– Наладила рынок сбыта, – подсказала я.
– Ну да. Она меня просила помочь. Взять это… ну, наркотики эти на хранение. И еще блокнот. В нем учет вела или что-то типа того.
– Зеленый такой? – подсказала я.
– Да, – обрадовалась Юля. – Но я не взяла.
– Она обиделась?
– Немного, – пожала плечами Юля.
– А Веста, выходит, взяла?
– Я ее отговаривала, честно! Не понимаю, почему она вам так сказала… что это мое… – Юля с ужасом смотрела на меня, вероятно, гадая, что теперь ее ждет.
– Ну и как у Наташи в ее бизнесе шли дела?
– Плохо, – вздохнула она. – Блокнот она потеряла, а без него, считай, все сначала начинай.
– И молодой человек начал ее поторапливать?
– Начал, – кивнула Юля.
– А она?
– Мы с Вестой ей говорили: верни наркотики, и все, дело с концом. Если любит, простит. Но Наташа уперлась. Вы, говорит, меня не понимаете, мне за учебу платить, отчислить грозятся. Но я думаю, там в другом дело было…
– Она сама пристрастилась и боялась лишиться доступа к быстрому кайфу? – догадалась я.
– Да, она очень изменилась. И мысли какие-то фантастические были. Она решила, что устроит мужчине своему ночь любви, и тот даст ей чуть больше времени.
