Он настроился как следует поиграть, отбежал в сторону и игриво взглянул на хозяина – попробуй отними!
Алла заметила, как зашевелились кусты, в которых пряталась Надежда. Нужно было срочно что-то делать.
Тимофеева прибежала на кухню, открыла холодильник и нашла там начатую упаковку сосисок. Достав одну сосиску, она вернулась к окну, тщательно прицелилась и бросила сосиску как можно ближе к кусту, за которым пряталась Надежда.
К счастью, ветер в это время стих, и сосиска попала точно в цель.
Эркюль заметил ее, а также почувствовал аппетитный запах.
Бросил свою первую добычу и схватил новую.
– Эркюль, детка, что ты там подобрал? – кричал ему вслед хозяин, безуспешно пытаясь остановить любимца. Видя, что песик не реагирует на его слова, он бросился за ним.
Эркюль воспринял это как новую увлекательную игру и отбежал в сторону. Склонив голову, он посмотрел на хозяина, откусил кусок сосиски и проглотил его.
– Эркюль, не ешь! – вскрикнул в ужасе Константин. – Это гадость, гадость! Ты никогда не ешь сосиски! В них неизвестно что подмешано! Там может быть соя и даже ГМО!
Эркюль радостно подпрыгнул на всех четырех лапах и громко тявкнул.
Игра нравилась ему все больше и больше.
Алла отвлеклась от песика и перевела взгляд на то место, где он бросил бумажный кулечек. Как раз в это время из кустов высунулась женская рука, схватила кулечек и тут же исчезла.
Константин наконец разобрался со своим четвероногим любимцем и скрылся за углом. Тут же из-за кустов выбралась Надежда, подбежала к двери черного хода, открыла его и вошла в дом.
Тимофеева облегченно вздохнула.
Через несколько минут входная дверь квартиры тихонько скрипнула, и в прихожей возникла Надежда."
"– Дом, милый дом! – проговорила она с облегчением. – Наконец-то я у себя!
– Может, теперь ты наконец расскажешь мне, что с тобой стряслось? Хотя нет, сначала мне необходимо выпить чашку кофе и хоть что-нибудь съесть, а то у меня будет голодный обморок.
– Сама там разберись! – Надежда сбросила верхнюю одежду и удалилась в ванную.
Алка отправилась на кухню и произвела ревизию всех продовольственных запасов. Кофе она нашла и заварила в медной турке хорошую порцию, а вот с едой было хуже – в холодильнике нашелся кусок черствого сыра, а в кухонном шкафчике завалялся пакет ванильных сухарей. Были еще две сосиски явно пенсионного возраста, даже удивительно, что песик польстился на такое старье.
– Как можно так жить! – ужаснулась Тимофеева, когда Надежда, умывшись, вышла из ванной.
