Ключ (СИ)

Смотрела на него странно, словно выискивая в его ауре следы собственной магии. Как будто это его вина, что у Ассо ее совсем не осталось! Даже на то, чтобы говорить вслух…

Нет, его вины в этом определенно не было. Ему, в общем-то, надоело, что он постоянно чувствует себя виноватым. Даже когда привез ее в фитнес-клуб, промелькнула мысль, что надо было сразу вести сюда, в чистенький бассейн, где под боком теплая сауна, а не позволять купаться в ледяной воде – она же сама хотела занырнуть именно в реку! И то, что кондиционер решил грохнуться именно тогда, когда под него уселась Ассо, никак не его вина! Его вины ни в чем нет.

Ни в том, что развелись его родители, которые не подходили друг другу как черт знает что, ни в том, что ему на голову свалилась Ассо, ни в том, что она лишилась магии!

Раздражение росло в нем, поднималось тяжелой мутной волной, подступало к горлу.

Ассо сидела, такая незаметная в своем сером спортивном костюме (костюме Василисы, на самом деле, который ей совсем не шел), сидела опустив голову, безразличная к суматохе вокруг нее, а он смотрел на нее и кипел.

Она ведь знала, знала, что им ничего не светит. Зачем привязала его к себе? Поразминала коготки? Он силился вспомнить поговорку: кошке шуточки, мышке смерть – или птичке, кому там, как она звучит, черт?

Из пустого тщеславия, из пустой прихоти, просто потому, что он первым попался под руку, когда она выбралась из своей тины, привязала его к себе, не спросив, ничего не обещая, взяла на поводок и не отпустит, пока…

Пока что? Теперь у нее нет ее чар.

Теперь осталась только Ассо, вот та самая, что сейчас сидит бессловесная на диване в фитнес-центре, куда он ее притащил и где ее едва не убило кондиционером, сидит и ждет, куда он ее потащит дальше! Ее власть над ним кончилась, кончилась, иссякли ее чары, все!

Он еле успел заскочить в туалет, даже дверь не запер, и его вывернуло над раковиной.

Глава 19"

"Ассо сначала не сообразила, куда кинулся Матвей, но встала и последовала за ним.

Когда он нырнул в маленький закуток и хлопнул дверью, все поняла и отошла на несколько шагов, однако осталась ждать в коридоре.

Как он смотрел на нее, как он смотрел – она никогда его таким не видела, даже когда его походя поддевал отец, даже когда он рассуждал о Крысолове, похитившем детей. В его потемневших глазах сейчас сверкала самая настоящая ненависть. Матвей, тот самый Матвей, что был с ней таким нежным, таким предупредительным.