Ключи Марии

– Олежка! Где мой кофе? – через приоткрытые двери донесся голос из комнаты.

Бисмарк поспешно сунул посылку обратно в пакет, а пакет положил возле мусорного ведра в тумбе под умывальником. Но вместо того, чтобы закрыть дверцу тумбы, наклонился и с сомнением уставился на странное соседство мусорного ведра и черного пакета. Так ведь можно случайно, по пьянке, посылку вынести и выбросить в мусорный бак! Вытащил, оглянулся по сторонам. Поднялся на табуретку и спрятал пакет с посылкой над навесным шкафчиком.

– Ну, как самочувствие? – спросил он Рину, подавая ей чашечку кофе.

– Хреново, – призналась она.

– Но разговаривать можешь?

Она напряженно улыбнулась и промолчала.

– А откуда ты такой разбитой пришла под утро?

– Из клиники, – ответила Рина, внимательно глядя на присевшего рядом Олега.

– Из клиники? – переспросил он. – Из частной?

– Не частные называются больницами, – она едва заметно улыбнулась. – А больницей называется пристройка к моргу, в которой держат еще не умерших.

– Красиво! – Олег удивленно мотнул головой. – Ну хорошо! И какие процедуры тебя так измучили?

– Разные!

– А чего же они тебя в таком состоянии из клиники выписали?

– Это дневная клиника, без стационара."

"Бисмарк понял, что разговор в таком варианте ни к чему не приведет.

– А в этой клинике, случайно, роддом не работает?

На мгновение взгляд Рины словно бы замер.

– Роддом? Ты чего?

– Ну я там слышал плач младенцев, – негромко проговорил Бисмарк.

– Ты там был? – Выдохнула она изумленно.

И уставилась Олегу в глаза потухшим, лишенным жизненной энергии взглядом.

– Ага, – он кивнул. – Всю ночь провел напротив, во дворе заброшенного дома.

Возникла пауза, постепенно трансформировавшаяся в тишину, которую Рина явно не собиралась нарушать.

Она отвернулась, закрыла глаза. И то ли заснула, то ли сделала вид.

– Ну ладно, – подумал Бисмарк, поднимаясь на ноги. – Поспи! Может, поймешь во сне, что со мной лучше быть откровенной!

Странное желание возникло у Олега и он нисколько не удивился его появлению. Захотелось снова закрыть ее и уйти. Чтобы она осталась тут, как в клетке.