Клуб избранных

В пожелтевшие руки новопреставленного вложили образок с ликом какого-то святого, (батюшка сказал, что этот подойдёт) и ключ от любимого «Мерседеса». В нагрудный карман пиджака усопшего «братаны» положили включённый «мобильник» последней марки и пачку «баксов», на первое время.

Затуманенный почти настоящими слезами взгляд «безутешной вдовы» ревниво скользил по покойному. Вытирая чёрным кружевным платочком очередную слезинку, Люська с неудовольствием отметила, что массивная золотая цепочка, которую так обожал её гражданский муж, куда-то пропала.

– Спёрли, сволочи! – сообразила «безутешная вдова». – Лучше бы я её себе на память, как золотой «Ролекс», оставила.

Ровно в час по полудню состоялся вынос тела. Впереди похоронной процессии, посверкивая трубами на нежарком осеннем солнце, шёл оркестр. За оркестром четверо дюжих «пехотинцев» медленно и с трудом несли тяжёлый гроб с телом усопшего. За гробом следовала «безутешная» Люська, которая в глубине своей вдовьей души была довольна покроем траурного платья, чей чёрный цвет выгодно подчёркивал её стройную фигуру.

Молодая вдовица жалела, что ниспадающая с маленькой изящной шляпки чёрная вуаль скрывает хорошенькое личико, поэтому всё своё женское очарование постаралась вложить в походку, из-за чего излишне прямо держала спину и чуть-чуть больше, чем дозволено приличием, покачивала соблазнительными бёдрами.

Рядом с Люськой следовал Вертлявый, который, помогая вдове справиться с нахлынувшим горем, аккуратно поддерживал её под локоток. Вертлявый был преемником покойного Скотча, и по праву старшего распоряжался похоронами.

Преемник по внешнему виду проигрывал бывшему боссу. Был он болезненно худым и долговязым. Впалые щёки и коротко стриженая голова на тонкой шее создавали законченный портрет туберкулёзника.

После Вертлявого шли деловые люди и прибывшие на похороны делегаты из других районов, потом чинно ступали заместители Вертлявого и «бригадиры». В конце похоронной процессии толкалась отчасти пьяная мелкая уголовная шушера.

Ближе к голове скорбной процессии в чёрной рубашке с распахнутым воротом, который открывал посторонним взорам массивную золотую цепь на хорошо накаченной шее, в одном строю с крупными уголовниками вышагивал Быкадоров. Окружающие косились на огромную фигуру незнакомца и благоразумно помалкивали. Лишь помощник Вертлявого, Тур, на которого были возложены вопросы обеспечения собственной безопасности, протиснулся к Быкадорову.

– Здорово, братан! – начал разговор Тур.