Княжна Тобольская (СИ)

Жёлтый дракон оказался в непосредственной близости от моего носа, и я как завороженная разглядывала его некоторое время. Татуировки моя слабость, особенно на симпатичных мужчинах. Первым же делом, как избавлюсь от опеки родителей, верну счастливого кролика на свою кисть!

С трудом поборов желание погладить рисунок, перевела взгляд на сосредоточенное лицо Вэла. Он не напрягался, подлечить раненую курсантку для него рутинная задача.

— Вы говорили, что ранг выше десятого можно получить, только убив человека…

— Рад, что ты всё-таки слушала мою лекцию, — дежурно отозвался он.

— Под Новочеркасском. Я служил в медицинском корпусе, когда войска кайзера перешли западную границу в Семимесячном конфликте. Обе стороны понесли большие потери, не хочу вспоминать.

— Ну как, боль ушла?

Я прислушалась к ощущениям. Чудо-эссенция сработала не хуже таблетки анальгина, хотя есть нехилая вероятность, что помогла не она, а чарующий аромат пряного дыма.

— Да, стало заметно легче.

Убрав руку, Вэл откинулся на спинку кресла.

— А теперь не объяснишь, что случилось на тренировке?

— И так ясно, — равнодушно пожала плечом. — Меня вырубил сокурсник.

— Просто взял и вырубил?

— Не совсем. Сперва он исполнил парочку пируэтов и крикнул «са».

Преподаватель хмуро сдвинул брови, посчитав мой ответ издёвкой. Отчасти так оно и было. Придумывать оправдания собственному провалу на помосте я не собираюсь, не маленькая. Случайностью здесь не пахло.

— Ты сильный боец, Василиса, — после непродолжительного молчания сказал Вэл. — На факультете «Управления» равных тебе по пальцам посчитать. И принципиальный. Не поддаёшься никому, даже если будут умолять. На этой самой койке побывали едва ли не все твои соперники. Так почему же сегодня ты позволила нокаутировать себя вчерашнему школьнику?

— Неудачи случаются…

— Не с тобой, — Вэл подался вперёд, прожигая меня внимательным взглядом карих глаз.

Я закусила губу. Врать не вариант, сделаю только хуже. Правда о моей немощи всё равно выплывет наружу, если не стараниями Вани, то на первом же зачёте по ушу. Поэтому лучше сознаться сейчас, пока вопросом «что случилось с Тобольской?» не задался ректор, а через него мой отец. По сути, перевод на первый курс и поголовный негатив вообще не наказание.