– Выходит, что фантазии Гурджиева и его ученика Успенского имеют под собой почву?! И тот, и другой были уверены, что на земле в незапамятные времена, многие сотни миллионов лет назад существовала цивилизация разумных насекомых, или инсектов? – снова задал я вопрос.
– Ты назвал выводы этих двух мистиков фантазиями? – усмехнулся специалист по Архею. – А, между прочим, знания о цивилизации инсектов Гурджиев получил от тибетских лам-хранителей. От особых людей, которые из поколения в поколение предают древнее знание, оставленное в Тибете нашими предками.
Кроме того, на Земле до сих пор можно встретить не только следы той загадочной ранней архейской биосферы, но и хитиновые осколки панцирей разумных насекомых. Такие находки не редки в горах. Дело в том, что все современные складчатости значительно моложе Архея. Их образование и подняло из глубин Земли остатки той далёкой биосферы.
– А как можно доказать, если оставить в покое Веду, что архейские и протерозойские насекомые были вполне разумными тварями?
– Наверняка не все, но какая-то их часть, – поправил меня знаток архейской цивилизации.
– Доказать же такое легко и просто: вспомни хотя бы про загадочные металлические шары, которые были найдены на юге Африки. По самым скромным подсчётам учёных, им около двух миллиардов лет. Есть и другие доказательства: нередко буры из отложений Протерозоя и Архея достают в кернах золотые и платиновые безделушки. Нам, людям, непонятные, но явно содержащие следы разумной обработки. Это уже серьезные факты.
Подобных фактов множество. Беда в том, что большинство из них не воспринимаются современной наукой. Мне хочется снова вернуться к древнейшей Веде. Она утверждает, что от загадочной цивилизации нелюдей отказались и Земля, и Солнце: землетрясение раскололо материки, а солнечный огонь спалил всё, что на них уцелело.
– В Веде указана причина, почему всё это произошло? – задал я возникший у меня вопрос.
– Конечно, в том-то и дело, – грустно улыбнулся рассказчик. – А причина одна: научно-технический прогресс поглотил и растворил в себе самих носителей разума.
Другими словами, когда вектор развития цивилизации смещается от носителя сознания к процессам сугубо технологичного характера, то коллективное сознание общества охватывает дегенеративное безумие. Социум перестает духовно расти и развиваться. Ему требуются теперь не знания о строении Мироздания и связи низшего «я» индивида с высшим, а сплошные развлечения, прежде всего чувственные.
