Множество словен и германцев жило здесь, но теперь все они шли на запад, чтобы начать новую жизнь. У новгородского князя строилась новая столица, а если ты раб, то не все ли тебе равно, где работать. Лишь бы кормили.
— Обры! Обры идут! — наблюдатель прискакал к князю, нещадно подгоняя коня.
Над будущим полем боя пронесся протяжный сигнал рога, вслед за которым раздались резкие, как удар хлыста, команды десятников. Огромная масса людей привычно выровняла ряды. Так, как делала это уже сотни раз, на бесконечных, изматывающих тренировках.
— Знаешь, Деметрий, о чем я думаю? — задумчиво спросил князь.
— О чем? — повернул голову Деметрий.
— Я думаю, ту монету, что воинам из добычи раздать придется, нужно в золотые цепи перелить. Если они все это сразу тратить начнут, цены раз в десять вырастут.
— Слушай, княже, — не выдержал командующий. — Я двадцать с лишним лет воюю, но еще никогда не слышал, чтобы кто-то жаловался на слишком большую добычу. Ты не перестаешь меня удивлять.
Хотя… Давай это попозже обсудим. У нас гости!
Глава 40
Великий каган с удивлением смотрел на ровные ряды пехоты, выстроившиеся перед ним. Войско было отменно выучено, это он заметил сразу. И вооружение оно имело прекрасное. Но их было вдвое меньше! Войско это стояло перед западными воротами первого кольца гигантского земляного вала. Каган глубоко задумался, он давно уже перестал считать своих врагов идиотами. Слишком долго он жил на этом свете, чтобы делать такие глупые ошибки.
— В чем подвох, Величайший? — почтительно спросил Эрнак, который на поле боя забыл о своих обидах. Он вновь был опытнейшим воином, слепо послушным своему командиру. — Они совсем спятили? Да мы же их раздавим!
— Тут что-то происходит, Эрнак, — горько ответил каган. — И пока я не понимаю, что. Нами играют, я чувствую это. Смотри, они закрыли собой западные ворота хринга, как будто не выпускают нас. Они! Не выпускают нас! Они что, боятся, что мы сбежим?
— Мы что, не будем с ними биться? — испытующе посмотрел на него племянник.
— Ты смеешься? — криво усмехнулся каган. — У меня нет выбора. Если мы сейчас струсим, то меня зарежут собственные нукеры. Пощупай их, Эрнак.
— Хорошо! — склонил голову тот.
С гиканьем легкая конница бросилась вперед, осыпая словен ливнем стрел. Раздалась резкая команда, и пехотный строй закрылся щитами, словно черепичная крыша. Только острия копий торчали вперед, не подпуская к себе всадников.
