Сюда же вскоре прибудут словенские вожди из-за Дуная, без которых аварские набеги были в принципе невозможны. Как бы ни презирали благородные всадники своих словенских рабов, именно они наводили переправы, именно они первыми шли в бой, и они же лезли на стены, подставляя головы под струи кипятка и горячей смолы. Кочевники не унижались до такого, выбивая точными выстрелами из луков защитников на стенах. Ну, и добычу, конечно же, первыми получали именно они.
Добрята уже был тут, и колоссальные кольца из земли и частокола теперь будили в нем лишь легкое любопытство, не более.
Они разбили свои шатры между шестым и седьмым кольцом. Каган пока не мог принять их, его ставка была полна гостей. Тем не менее, слуги Величайшего проявили максимальную любезность, обеспечив небольшой отряд едой, которую им приготовят рабы из деревни, что стояла неподалеку. Им даже дали для услуг какую-то тетку из местных, и теперь она робко мялась рядом, не смея поднять глаза на грозных гостей.
Добрята мазнул взглядом по рабыне.
Баба, как баба, ничего особенного. Изможденное лицо без возраста, испещренное глубокими морщинами, натруженные руки с черными ногтями и потухший равнодушный взгляд — вот верный признак невольника. Босые ноги в застарелых струпьях, не знающие обуви до самых морозов, и ветхая бесформенная рубаха до колен довершали картину уныния и душевной боли. Так выглядели все рабы. Добрята, как младший, отвечал за стоянку и он, подражая всадникам, покрикивал на бабу:
— Эй, ты, как тебя?
— Милица, господин, — испуганно ответила та, от неожиданности подняв на него глаза.
Добрята поморщился, он совершил ошибку. Какое может быть дело знатному всаднику до имени рабыни?
— Принеси воды, разожги костер и приготовь еду на десять воинов. Зерна не нужно, мясо давай. Поняла меня, старуха?
— Да, господин, — сказал та, снова опустив глаза. — Конечно, господин. Я пойду?
— Иди, — важно сказал мальчишка.
Быть знатным всадником ему нравилось, сын хана как-никак. Это куда лучше, чем у тетки жить, будучи попрекаемым за каждый кусок.
А тут такой маленький, но такой сладкий кусочек власти. Даже голова закружилась. У кочагиров порядки попроще были. Они и рабы жили почти одинаково. Только рабы одевались в обноски, и доедали то, что от господ оставалось. За живой скот их никто не держал. Тут же куда суровее порядки были. Хотя, и в племени Уар все несложно было. Есть хороший конь, меч, шлем и доспех — и ты уже знатный воин.
