Людям было страшно. Гигантские владения императоров съежились до полосы земли вдоль моря, от Фессалоник до Константинополя, и от Афин до Коринфа. А остальные города стремительно нищали в окружении варварских княжеств, называемых «склавиниями». Десятки склавиний, образованных разными племенами, постепенно забрали себе лучшие земли, вытеснив бывших владельцев в пустоши и горы, а то и вовсе превратив их в рабов[32].
Добрята шел с племенем Уар, с тем его родом, что подчинялся хану Эрнаку. Обескровленные племена кочагир, консуяр и тарниах остались на севере, чтобы сдерживать орды хищных полукровок.
Горячие головы, что рвались в этот поход, остудили ханы племен. Шаманам было знамение — новая война не станет удачной, а вместо добычи принесет только новое горе в и без того поредевшие племена. Гадания на костях предрекали беду. Как ни бросали их, выпадала смерть. И устрашенные всадники никуда не пошли. Они не боялись смерти, но страшились немилости богов."
"Отряд Добряты шел к Константинополю, как и остальное войско.
Их путь будет длиннее, ведь там, где прошли другие всадники, уже нет ни еды, ни травы для коней. Роду хана Эрнака предстояла непростая дорога — прямо до Фессалоник на юг, а потом вдоль берега моря, по тем местам, что еще не успели разграбить другие отряды. В дне пути от них шли огуры, еще в дне пути — воины народа хуни, а дальше на восток через низовья Дуная переливалась болгарская орда, одна из самых сильных в войске кагана. Всадники гнали с собой стада лошадей, не надеясь прокормить войско тем, что могут награбить в пути.
Потому-то и шло гигантское войско ровно с той скоростью, что брел самый старый конь. Впрочем, отстающих животных резали в тот же день.
По дорогам шли многочисленные отряды словен, которые уже ничем не напоминали тех дикарей в холщовых штанах, что впервые пришли в эти земли. К удивлению Добряты, они были неплохо вооружены, а многие даже носили доспех и были опоясаны мечом. Местные племена на диво быстро научились воевать в правильном строю, регулярно поколачивая отряды ромеев, что пробовали согнать их с этих земель.
Только высокие стены спасали подданных империи, да и то не везде. Отряды двигались не только по суше, но и по воде, и из гирла Дуная на морской простор выплеснуло многие сотни лодок — однодеревок, которые пошли вдоль берега к столице мира, останавливаясь только тогда, когда на берегу появлялась какая-нибудь нетронутая вилла.
