Князь Тьмы и я

Вампирши, прожигая меня взглядами, после представления все же взяли и сделали реверансы. Обе. Затем выпрямились и та, что показалась мне старшей, как-то очень угрожающе произнесла:

– Мы проводим.

Как-либо отреагировать я не успела – из коридора донесся голос Навьена:

– Запрещено.

Эти двое переглянулись между собой, и втора, на которой тиара была поменьше, возмутилась:

– Мой сын позволяет себе слишком многое!

Вошел Навьен. Молча посмотрел на этих в черном, те молча развернулись и вышли.

Тысячник проследил за их бегством, затем посмотрел на меня и пояснил лично мне обстановку:

– Не хочется, чтобы вы случайно раз двадцать упали на нож, или еще более случайно свернули себе шею.

– Оу… – только и сказала я.

Просто лично я то была в красном.

– Идемте, – приказал Навьен.

– Только если вы не будете поправлять на мне ниточ… – начала было.

– Не буду.

Вампир произнес это так, что я встала, и уверенно заковыляла к двери, балансируя на каблуках, как припадочный акробат в момент припадка.

Так мы и вышли в темноту, которая, стоило мне в ней оказаться, вспыхнула синеватым светом, открывая взору широкую галерею с черными обоями, черным ковром и алыми абстракциями на стенах.

– Интересный дизайн, – заметила я.

– Интересные у вас отношения с князем, – в свою очередь заметил Навьен.

Я споткнулась, вампир учтиво придержал, и едва мы продолжили путь, как-то напряженно пояснил:

– Не рассчитывайте на то, что вы ему безразличны.

Если я ожидала, что Навьен скажет что-то еще, то напрасно – тысячник молчал, я продолжала ковылять, вопросительно на него взирая.

– Детали, – вдруг решил вновь снизойти до общения тысячник, – дьявол кроется в деталях… То, что между вам что-то не так стало ясно еще в полицейском участке.

На этом я не выдержала и спросила:

– Что конкретно не так?

– Не знаю, – произнес мрачный Навьен.

Задумалась, и неуверенно ответила:

– Нет.

– Вот и у меня не срослось, – неожиданно поделился вампир, после чего добавил, – леди Малисент он не хочет. И никогда не хотел.

– Он же ее выбрал, – вспомнила я рассказ Мали.

– Выбирал я, – неожиданно признался Навьен. – У Малисент высокие показатели интеллекта, гибкая нервная система, хорошая родословная. Выбирал я.