Онлайн-библиотека книг
Он уже начинал различать фигурки вокруг далекого костра, что-то привязанное к столбу, когда из темноты внезапно прозвучал властный окрик:
– Застынь на месте!
Владимир в самом деле застыл, голос прогремел совсем близко. Спросил негромко:
– Кто говорит?
– Ты знаешь, – донесся сильный злой голос. – Но важнее то, что я вижу тебя. Как видят и трое стрелков, что уже натянули тетивы. Ну-ка, поднимись!
Владимир очень медленно поднялся. Руку держал в тени, чтобы лезвие не блеснуло. Ни шороха не доносилось, и он изо всех сил вслушивался, хотя бы уловить дыхание, запах, сопение…
– Варяжко? – спросил он негромко.
– Угадал, – сказал голос злорадно. – Тебя очень хорошо видно в серебристом лунном свете на звездном небе… Ты выглядишь красиво, но сейчас я тебе не завидую.
Владимир спросил напряженно:
– А разве мне можно было завидовать?
Голос засмеялся:
– Да, я завидовал, когда ты явился наместником в Новгород. Даже именовался князем. С той поры за тобой старый должок… И даже сейчас завидую. Самую малость…
В голосе прозвучало злорадство.
– Почему?"
"– Твой отважный друг бросился тебя выручать. И вот он стоит привязанный к столбу близ моего костра. Там его стерегут надежно!
Владимир не зря приглушал голос, Варяжко вынужденно повышал, и теперь уже почти понятно, где тот затаился. В это время сзади пахнуло старым салом с чесноком. Стиснув зубы, без поворота ударил ножом назад, услышал сдавленный хрип, руку с ножом потянуло вниз. Кто-то за его спиной заскреб землю ногами.
Он похолодел: сейчас резко щелкнет тетива о рукавицу, надо упасть и катиться в темноту, но из кустов лишь хлестнуло злое:
– Чего дергаешься?
– Кто-то упал сзади, – ответил Владимир все так же негромко. – Что за степь? Ни ступить, чтобы не пихнули!
Он уловил разочарованный вздох. Да, Варяжко выдал свое место, и трое стрелков, если в самом деле существуют, что-то не слышал скрипа натягиваемых луков, тоже рядом с этим псом киевского князя…
Он упал, откатился. Над головой с треском переломилась веточка, посыпались листья, сбитые железным клювом.
Сбоку затрещали кусты. Тяжелые сапоги с грохотом били в землю, Владимир едва не зашипел, когда подкованная подошва с размаху опустилась на палец. Второй гридень чуть замешкался, Владимир неслышной тенью взвился сзади, зажал ладонью рот, а лезвие мгновенно чиркнуло по горлу.
