Онлайн-библиотека книг
Тут же бесшумно отворилась дверь, Сувор просунул голову:
– Что-то стряслось, княже?
Владимир со злостью отмахнулся:
– Все хотят, чтобы стряслось! Все требуют войны! Вятичи вовремя не прислали дани – война! Печенеги появились на этом берегу Днепра – война! Варяги в своих землях обидели наших – война! В Царьград не пропустили купцов без пошлины – война! Даешь великий поход на Царьград немедля!
Сувор вошел, прислонился спиной к створкам двери:
– Дедовской славой побряцать?
– Славой! Но стрелы летят и с другой стороны, а мечи есть не только у нас.
Сувор кивнул. Князь нередко высказывал ему мысли вслух, оттачивал, как кузнец лезвие меча, проверял, затем употреблял где-то в других сражениях.
– Такого пути еще нет, – возразил он.
– Будет! Когда человек воюет – он дичает. Превращается в зверя. А народы вокруг, что не воюют, продолжают долгий поход к Солнцу, опережают воюющих.
Борис явился споро. Сна не было в его лице. С ним вошел запах кавы. Похоже, он коротал ночь с чашкой кавы сам. С порога окинул Владимира пытливым взором:
– Приветствую тебя, отпрыск древних царей…
Владимир отмахнулся:
– Волхв, ты начал заговариваться. Аль оскорбить хочешь?
– Княже! – сказал Борис с укором.
– По отцу я древен, а вот по матери? Говорят же, что дочь идет в отца, а сын в мать… Все, кто знал мою мать, говорят, что я в нее. А кто она?
Борис сел за стол, пожал плечами:
– Говорят, дочь древлянского князя Мала. Когда Ольга разорила Искоростень, то убила Мала, а дочь взяла в рабыни!
Владимир кивнул, но голос был безжалостным:
– Но говорят также, что Малка – жидовка, которую отец привез из разгромленной Хазарии. Как он же привез затем из похода пленную монашку и отдал ее в жены Ярополку! А привел мою мать потому, что она – дочь богатого раввина, тот мог дать большой выкуп… но в разграбленной Хазарии уже некому было выкупать своих пленников, вот и осталась Малка на Руси…
– Княже…
– Не нравится?
– Зато твои дела велики, княже.
Владимир досадливо отмахнулся:
– Какие дела? Как пес драчливый, расчищал место для себя, старался урвать кусок поболее… Разве для этого жив человек? Ладно, Борис. Поговори со мной о делах богов.
