Сколько им лет, кстати?
— Милке, наверное, пять. Она года два с нами живёт. А Королю шесть.
Мужчина нахмурился, о чём-то размышляя. Я наблюдал за ним, никак не понимая, что ему нужно и вообще, кто он такой. По внешнему виду ничего не понятно. Обычный пиджак, обычная внешность. Встретишь в толпе и тут же забудешь… Хотя… было в нём что-то такое, что призывало к осторожности. За полтора года, что я прожил на улице, я научился улавливать такие моменты. В карман за кошельком я, по крайней мере, к нему бы точно не полез.
Тот словно мысли мои прочитал.
— Что ж, давай знакомиться, герой. Меня зовут Александр Петрович Воронов.
— Владимир, — буркнул я. — Друзья зовут Шкетом.
— С твоего разрешения я буду звать тебя по имени, — улыбнулся Александр Петрович. — Володя, скажи, ты как на улице оказался? Сбежал из дома?
— Родители погибли, — буркнул я. — Мне удалось убежать.
— Прости… — Александр Петрович действительно выглядел виноватым. — Не хотел напоминать, но мне важно было это знать. У тебя кто-то из родни есть?
— Не знаю.
Одна бабушка умерла, дедушку не знал никогда. Больше не знаю.
— Хорошо. Тогда давай обсудим с тобой твою дальнейшую судьбу.
— А чего обсуждать? Отпустите меня, и я уйду. И Милку с Королём заберу.
— Извини, но на улицу ты больше не вернёшься. Буду с тобой говорить как со взрослым человеком. Теперь у тебя есть только два возможных пути. Первый — отправиться в детдом…
— Сбегу! — сразу отреагировал я.
— Почему это? — удивился Александр Петрович.
— У нас Машка была в детдоме.
Она у Гвоздя раньше меня появилась. Сбежала из этого вашего детдома и много про него рассказывала. Потому и сбегу.
— Гм… Возможно ей просто не повезло, но на улице у тебя будущего нет. И закончишь ты свою жизнь, скорее всего, в одной из драк, наподобие той, откуда я тебя вытащил. Неужели ты не хочешь получить образование…
— Не-а.
— Ну вот. А я ещё как со взрослым с тобой разговаривал. Ну а второй вариант услышать хочешь?
— Так ведь всё равно расскажете о нём, хочу я или нет. Так что валяйте.
— Однако ты не безнадёжен, — вдруг хмыкнул Александр Петрович. — По крайней мере, старшим не хамишь и на «вы» обращаешься.
— Да пошёл ты… — тут же исправился я, но вызвал этим только улыбку.
— Итак, второй путь… Не хочешь стать моим сыном?
Вот тут я офигел…
— Что? — недоумённо переспросил я."
"— Хочу тебя усыновить. Не будешь возражать?
— А если я буду против? — Вот не верилось в добрые намерения этого человека и всё тут. Улица быстро отучает от наивности.
