Просто чем больше вокруг Владимира будет нас, христиан, тем лучше. Ты должен знать, я не просто так, по своему любопытству в Киев приехал. Свиди, наверное, уже говорил, что я грамоты от кесаря привез, чтобы просвещать всех язычников до Варяжского моря. В Киеве мой путь не оканчивается, я поплыву дальше на север, и не в одиночку. Я уже и с княжной Рогнедой разговаривал.
«Рогнеда хочет стать христианкой, – удивился догадке Молодцов, – наверное, думает подстраховаться, чтобы, если Владимир крестится, остаться для него законной женой, а может, не только для него».
Кроме этого понял Данила, что из него крайне хреновый шпион, потому что Торвальд тоже понял, что он понял, но говорить ничего не стал, лишь вина налил.
– А хочешь, я тебе встречу устрою?
– С кем?
– С княжной Рогнедой.
Вот те раз, мечтал встретить одну княгиню, а попал на другую.
– Не велика ли честь, у ней, наверно, и без меня забот полно.
– Ништо, на такого молодца поглядеть ни одна девица не откажется.
Вот тут Данилу разобрало любопытство, это же сама Рогнеда, легенда из былин, да еще княжна, увидеть ее, да не просто так, из-за стола, а вплотную, поговорить с ней.
– Если так, я не против, – оборвал концы Молодцов.
– Вот и порешили, долго тянуть не будем, как все решим, я сразу тебе знак подам. Может, завтра и предстанешь пред ее очи. Владимир тем более скоро возвращается.
«Не хватало еще под гнев князя попасть», – подумал Данила, но отступать уже не собирался.
Выпив еще по бокалу, Молодцов распрощался с дорогими знакомыми, уходил он от них в смятенных чувствах, но самое интересное, что впечатление от Торвальда у него осталось скорее положительное.
Он не был подлым человеком, он мог убить, идти напролом к своей цели, не обращая внимания ни на что, но сделать подлость Путешественник не мог. Ох и трудно ему придется плести интриги. А Стевнир за весь разговор не проронил ни слова!
Только можно ли Торвальду до конца доверять, а ну как Данила тоже окажется на его пути? Молодцов подумал-подумал над этим и решил, что доверять вообще никому не следует, только самым близким.
Вернувшись на подворье, первым, кого встретил Молодцов, был Будим. Новгородец налетел на него, сжимая веники в руках.
– О, Данил, вовремя ты, айда в баню быстрее.
Вот это дельное предложение и своевременное. Баня у словенцев была организована как надо, обережники пропарились как следует, не обошлось и без прыжков с мостика в ледяной Днепр, все как положено.
