Нечто похожее на перипетии моих взаимоотношений с Натальей наверняка описано тысячу лет назад. Представим: Древний Египет. Идет фараон вдоль пирамид и наступает на грабли. Хлоп! Фараон в задумчивости чешет лоб и идет на берег Нила, кормить аллигаторов. Идет вдоль пирамид молоденькая жена фараона, песенки поет. Наступает на грабли и получает черенком в лоб. Стоит, плачет. Подходит фараон: «Не плачь, любимая! Эти грабли послал нам бог Анубис. Принцип действия их хитер и сложен, но мы должны понять, как эти грабли работают.
Дорогая, наступи на них еще раз. Посмотрим, что получится».
А что получилось у нас с Натальей?
В начале июля Наталья предложила встретиться, поговорить. Местом для рандеву мы выбрали тихий заброшенный парк в Заводском районе. В субботу в назначенный час я был на месте, у колонн с едва просматриваемой вывеской «ПКО Машиностроителей». Наталья появилась с опозданием на двадцать минут. Одета она была по-летнему легкомысленно: коротенькое платьишко, легкие босоножки, вместо дамской сумочки – холщовая сумка с трафаретом Че Гевары.
Чтобы задать правильные интонации предстоящему разговору, она подставила щеку для поцелуя. После обмена формальными любезностями мы вошли в парк.
– Андрей, я хочу выйти замуж за одного хорошего человека.
– Поздравляю, – ответил я сухо.
– Ты, похоже, чем-то недоволен? – Наталья остановилась, посмотрела на меня. – Давай сегодня, сейчас, вот на этом месте, выясним отношения и больше не будем возвращаться к этому вопросу.
– Наташа, а что, собственно говоря, ты хочешь выяснить? Мы оба понимаем, что жить вместе у нас не сложилось.
Я лично не собираюсь копаться в делах минувших и выискивать, кто прав, кто виноват. Если хочешь, давай во всем винить меня.
– Андрей, ты начал за здравие, а закончил – за упокой. Мы не смогли жить вместе не потому, что кто-то из нас плохой, а другой – невинная жертва, мы просто с тобой разные люди, которым лучше быть друзьями на расстоянии, чем мужем и женой в одной квартире. Давай я первая начну, а ты меня послушаешь.
– Хорошо, но перед тем, как ты начнешь, я хочу, чтобы ты знала одну вещь. Я тебе говорил об этом и еще раз повторюсь. Умирая в верх-иланском ДК, я искренне считал, что ты – последний человек, которого я вижу в своей жизни. Пока ты зажимала мне рану в легких, я угасал разумом. Посмотри на меня!
Я вытянул перед собой согнутые в локтях руки.
– Это точка «А», – я пошевелил пальцами левой руки, – а это точка «Б». Между ними – пустота.
