Из Лондона он намеревался отправиться в Ирландию на пароме до Росслэр-Харбор, как один из пятисот туристов, возжелавших посетить страну лепреконов, гномов и прочего волшебного народца.
План Олвана подкупал своей примитивностью и вполне мог осуществиться, если бы не возникла одна проблема: на паспортном контроле в «Хитроу» стоял Сид Коммонс, бывший «зеленый берет», который вместе с Дворецки работал телохранителем в Монте-Карло. Сигнальный звоночек прозвучал в голове Коммонса, едва только Олван открыл рот.
Стоявший перед ним джентльмен идеально соответствовал описанию, получениему по факсу несколько дней назад. Вплоть до странных зубов. Плексигласовые челюсти и синее масло. Коммонс нажал кнопку под столом, на Олвана навалилась куча охранников, и вскоре бывший телохранитель Йона Спиро уже сидел в камере.
Как только задержанный оказался под замком, глава службы безопасности достал свой мобильный телефон и набрал номер международной связи. Трубку сняли после второго гудка.
– Резиденция Фаулов.
– Дворецки? Говорит Сид Коммонс из «Хитроу». Тут появился человек, который, возможно, тебя заинтересует. Странные зубы, татуировки на шее, новозеландский акцент. Несколько дней назад его описание прислал детектив Джастин Барр из Скотленд-Ярда. А еще Барр сказал, что ты можешь опознать ею.
– Этот тип у вас? – спросил слуга.
– Да, сидит в одной из камер для задержанных. Мы его проверяем.
– Сколько времени на это потребуется?
– Пара часов максимум. Но если он профессионал, компьютер ничего не покажет.
Нам нужны показания, чтобы передать его в Скотленд-Ярд.
– Ровно через тридцать минут я буду ждать тебя в зале прибытия под большим табло, – сказал Дворецки и повесил трубку.
Сид Коммонс уставился на мобильный телефон. Как Дворецки доберется из Ирландии до Лондона за тридцать минут? Впрочем, это не важно. Сиду Коммонсу достаточно было помнить, что Дворецки несколько раз спас ему жизнь в Монте-Карло. Теперь настало время возвращать долги.
Через тридцать две минуты Дворецки появился в зале прибытия.
Пожав ему руку, Сид Коммонс внимательно вгляделся в лицо бывшего товарища.
– А ты изменился. Постарел.
– Дают знать старые раны, – сказал Дворецки, прижимая руки к тяжело вздымающейся груди. – Наверное, пора уходить в отставку.
– Есть смысл расспрашивать, как ты сюда добрался?
– Честно говоря, нет, – ответил Дворецки, поправляя галстук. – Поверь, лучше тебе об этом не знать.
– Понятно.
