Она достала лист маскировочной фольги из ранца и расстелила его на полу, после чего надела видеозажим на проложенный вдоль стены кабель.
– Итак, – сказала она, выслушав слова Жеребкинса по рации, – мы готовы. Жеребкинс удалил наши изображения из видеосигнала. Нас не видно и не слышно. Ты знаешь, что нужно делать?
Дворецки кивнул. Они уже не раз обсудили план действий, но Элфи как настоящий солдат должна была еще раз все проверить.
– Я возведу защитный экран. Дай мне пару секунд, потом закройся фольгой и делай то, что считаешь нужным.
Твой друг вернется минуты через две, не больше. После этого все зависит от тебя.
– Понятно.
– Удачи, – сказал Элфи и исчезла из видимого спектра.
Дворецки немного подождал, потом сделал два шага влево, поднял фольгу и накинул ее себе на голову и плечи. Он стал абсолютно невидим, однако все равно действовать нужно было быстро. Ведь Коммонс вот-вот должен был вернуться – то-то он удивится, не обнаружив на месте своего старого товарища. А куда больше он удивится, когда тот возникнет прямо перед ним из ниоткуда.
Дворецки отодвинул засов камеры и вошел.
Арно Олван не видел причин для беспокойства. Никаких обвинений против него выдвинуто не было. А сколько можно держать человека под арестом только за то, что у него странные зубы? Не слишком долго – это точно. Может быть, стоило подать на британское правительство в суд за нанесение эмоциональной травмы, выиграть суд, получить огромнейшую компенсацию и удалиться на покой в Новую Зеландию?
Дверь приоткрылась сантиметров на пятьдесят, а потом снова закрылась.
Олван устало вздохнул. Старый, как мир, трюк – его используют все детективы планеты. Сначала заставь задержанного попотеть несколько часов, а затем приоткрой дверь, чтобы он решил, будто помощь уже близка. Когда же никто не появится, задержанного охватит еще большее отчаяние, и так его будет проще сломать.
– Арно Олван, – раздался голос из пустоты.
Олван перестал барабанить пальцами по столу и резко выпрямился.
– Что такое? – насмешливо произнес он. – Здесь установлены динамики? Как примитивно, ребята… Очень примитивно, просто нет слов.
– Я пришел за тобой, – сказал голос. – Пришел, чтобы свести с тобой счеты.
И вдруг Арно Олван узнал этот голос. Именно он преследовал Олвана во всех кошмарных снах – с тех самых пор, как пацан сказал, что Дворецки придет за ним. Какая чушь. Загробного мира не существует, а следовательно, никто не может явиться за тобой оттуда.
