Дворецки попал в капсулу сорокалетним мужчиной, а сейчас Артемис смотрел на человека, которому было не меньше пятидесяти. Возможно, далее шестьдесят. Всего за четыре часа Дворецки ужасно постарел.
Сзади Артемис услышал шаги Элфи.
– По крайней мере, он жив, – сказала эльфийка.
Артемис кивнул:
– Когда он очнется?
– Через пару дней. Может быть.
– Как это произошло? – спросил мальчик, убирая со лба Дворецки прядь волос.
Элфи пожала плечами:
– Я не совсем уверена. Лучше спроси у Жеребкинса.
Артемис достал из кармана устройство связи и вставил в ухо наушник.
– Жеребкинс, есть какие-то версии?
– Только самые приблизительные, – ответил кентавр. – Лично я полагаю, что магии Элфи оказалось недостаточно и для полного исцеления организм Дворецки задействовал собственные внутренние резервы. Судя по всему, эти усилия стоили ему как минимум пятнадцати лет жизни.
– Можно что-нибудь исправить?
– Боюсь, что уже нет. Исцеление нельзя повернуть вспять. С другой стороны, у нас не было выхода, иначе бы он умер. А так будет жить.
Понимаю, слабое утешение, но все же. Хотя нам пока неизвестно, в каком состоянии находится его рассудок. Целительные чары могли начисто стереть его память, как при форматировании диска.
Артемис тяжело вздохнул.
– Что же я с тобой сделал, старый друг?..
– На раскаяние у нас нет времени, – оборвала его Элфи. – Нужно немедленно убираться отсюда. Мы тут такой грохот устроили, наверняка кто-то уже поднял тревогу. У вас машина есть?
– Нет. Мы прилетели в Лондон на самолете, а из «Хитроу» взяли такси.
Элфи покачала головой:
– Я очень хотела бы вам помочь, но и так потеряла слишком много времени. А между тем я ведь на задании. И задание это чрезвычайной важности. У нас внизу такой переполох…
Артемис отступил от криогенной капсулы на пару шагов.
– Элфи, э-э, насчет переполоха…
Уже направившаяся к двери фургона капитан Малой медленно повернулась.
– И что насчет него?
– Вы, наверное, обнаружили, что вас кто-то зондирует, да? Какой-то прибор с легкостью проник сквозь все защитные барьеры Жеребкинса?
Элфи достала из ранца большой лист специальной маскировочной фольги.
– Мы должны поговорить. Там, где нам никто не будет мешать.
О следующих сорока пяти минутах у Артемиса сохранились лишь отрывочные воспоминания. Элфи завернула обоих людей в маскировочную фольгу и пристегнула к своему «Лунному поясу», который сократил их вес до одной пятой.
И даже после этого механическим крыльям с трудом удалось поднять всю троицу в ночное небо.
