Кодекс Императора II

Их ладони горели зеленым, и я наблюдал, как лекарская магия переходит от целителей к моей сестре, но внешних изменений с ней никаких не происходит. Потому что все, что они делают — не поможет.

— Как она? — спросил я у одного из целителей, пожилого мужчины с круглыми очками на переносице.

Из всех стоящих здесь у него был самый высокий ранг. Но не было уверенности, что у него есть искреннее желание помочь сестре. Наши враги не стесняются использовать в своих грязных планах даже тех, кто пообещал положить жизнь на спасение людей.

От этой мысли мне стало мерзко. Но, по крайней мере, я уверен, что открыто вредить сестре они не будут. И в присутствии других лекарей никто не станет врать.

— Ваше Высочество, состояние цесаревны очень нестабильно. Все, что мы сейчас можем — это поддерживать ее состояние.

— Понимаю ваше недовольство, Дмитрий Алексеевич. Но уверяю вас, мы делаем все возможное.

Помимо лекарей, в комнате сестры находилась одна из ее служанок — обычная и ничем непримечательная горничная. Она сидела на уголке дивана и тихо всхлипывала, ее плечи ходили туда-сюда.

— Оставьте меня с сестрой наедине, — велел я врачам.

— Ваше Высочество, но вашей сестре необходим постоянный присмотр. Ее состояние крайне нестабильно, и мы не знаем, что может случиться без поддерживающей магии, — возразил мне целитель.

Я выдохнул и жестко сказал:

— Возможно, моя сестра не переживет эту ночь. И я хочу попрощаться, у меня есть такое право?

— Конечно, Дмитрий Алексеевич, — кивнул целитель.

Остальные лекари непонимающе уставились на меня. Но, столкнувшись с моим строгим взглядом, тут же отворачивались. Они отошли от сестры и покинули спальню, а стоящая в коридоре охрана закрыла за ними двери.

Я подошел к кровати Анастасии, а Алина держалась подле меня. Взглянул на искалеченное тело… Как позади раздался жалостливый всхлип.

— Мешаешь, — говорю я.

— Простите, господин, — девушка встает и вытирает платком слезы.

Она тотчас выпрямилась, приняла уверенный вид и перестала играть.

— За ваше отсутствие не наблюдалось никаких нападений. Заходил Разумовский, и после слов врачей он нехорошо улыбался. Григорьев и Тимуров из охраны цесаревны тоже странно себя вели, возможно, они что-то замышляют. Лекари же предлагали несколько старых техник, чтобы стабилизировать состояние вашей сестры, но Разумовский отказался.

— Дай угадаю, сказал, что это будет для нее слишком рискованно?

— Да, господин.