Онлайн-библиотека книг
Кажется, он решил, что последние слова ему послышались.
— Кровь заглотила наживку. Она готова впустить меня в свой мир в обмен на выставление моей кандидатуры в Высшие от её фракции. Мы уничтожим её раз и навсегда, — закончил Саптама, и в его голосе не было ни сомнения, ни жалости.
Творец замер. Потом рассмеялся — низко, глухо, как землетрясение перед извержением.
— Ты коварен.
— Увы, но нет, — Саптама покачал головой. — Вы только не убейте меня, когда до вас дойдут слухи об измене мною фракции.
Творец нахмурился.
— Что за слухи?
Саптама вздохнул, как человек, вынужденный объяснять очевидное.
— Причина моего исхода — ваш жесткий контроль и запрет на свободу творчества.
Тишина сменилась гомерическим хохотом, сотрясающим реальность.
— Самая лучшая ложь — это правда, не так ли, Саптама?
Ученый лишь склонил голову, но в его глазах вспыхнуло что-то опасное.
— Только если ты не добудешь мне этот мир… — Творец поднял руку, и пространство вокруг них исказилось, — … я же могу и проверить твои слова на правдивость.
В воздухе запахло гарью, но Саптама не отступил."
"— Проверяйте. На всё воля Ваша.
Лаборатория вернулась. Пробирки, свет, пульсирующие сферы. Только теперь в углу, на алой мантии, лежавшей на софе, тлела дымящаяся дыра. Будто её на мгновение прожег взгляд Творца.
Саптама посмотрел на неё, потом на свои эксперименты.
«Добуду новую».
И продолжил работу.
Глава 18
К сестре на изнанку мы отправились двумя семьями.
Изнанка встречала нас спокойной жизнью, на полях уже собирали виноград. Здесь в уникальном климате урожай снимали три раза в год, что в своё время и стало основой богатства рода Виноградовых.
Кроме сельхозработ кипели и строительные. В Виноградовке возводили сразу целую улицу. Все встреченные нами кивали и приветливо улыбались сестре. Кроме того, стоило Киране появиться на изнанке, неизвестно откуда появлялось белоснежной пушистое море и требовало тепла и ласки. Бесят Тильды очень скоро потеряли среди пушистых жителей изнанки сестры.
