Кодекс Охотника #05

***

— Василий Петрович, разрешите? — постучался я в кабинет.

— Да, Галактионов, заходи. Мария Ивановна сказала, ты вчера заходил. Чего ж не дождался?

— Дела были, — усмехнулся я.

— Чаю? — традиционно предложил Хрулев, и я традиционно согласился.

Дед выглядел чуть лучше. Мешки под глазами у него стали меньше, видимо, потихоньку выруливает возникшую ситуацию.

Получив большую горячую кружку травяного чая, и традиционно, запихнув в рот ложку ароматного мёда, я уточнил:

— Я вообще-то у вас по спецразломам хотел узнать информацию.

Хрулёв нахмурился.

— Очень хочу ошибиться, но подозреваю, что спрашиваешь ты про радужные Разломы?

— Именно за них, — сделал обиженное лицо. — А почему вы «хотите ошибиться»?

— Да потому что, зная тебя, ты обязательно сунешь туда свой любопытный нос! А Империя лишится перспективного Истребителя.

— Да я только одним глазком, — задумчиво почесал голову.

— Ты хоть представляешь, что там водится?

— Ну, примерно, да, представляю. Книжки читал, и с японцами общался.

— То есть ты знаешь, что тебя могут прибить уже даже на входе?

— И об этом я тоже читал. Вероятность этого около десяти процентов. Так как я люблю математику, то склоняюсь, что сработает девяносто процентов вероятности того, что успею оттуда убежать.

Старик тяжело вздохнул.

— Я не смогу тебя от этого отговорить?

Я молча развел руками, и сделал еще один глоток чаю.

— Запретить я тебе, конечно же, не смогу. Но я могу тебе не открывать месторасположение этого Разлома, — хитро улыбнулся Хрулёв.

— Василий Петрович, хорошо же сидели!

— Подводишь ты старика под монастырь…

— То есть — это официально запрещено?

— Нет, конечно. Иначе, хрен бы, я тебе сказал, — буркнул дед и уперся в монитор.

У меня пиликнул планшет.

— Есть две локации. В одну из них пойдёт Вербицкий, — он посмотрел на часы. — Или уже вошёл.

— А что не так? — невинно поинтересовался я. — Может, я хочу автограф у Абсолюта взять.

Кажется, шутка не удалась. Хрулёв абсолютно серьезно покачал головой.

— Не стоит тебе этого делать. Граф — сильный воин. Но вот как человек, он… — тут Хрулёв сбился, поняв, что сболтнул лишнего.

— Я — могила! — поднял руки я.

— Я на это надеюсь, — нахмурился Хрулёв.