Он стал тайным адъютантом Императорской семьи. Слушай меня, он должен умереть! Не дай ему покинуть это место с теми документами, которые он вынес.
— Отобрать документы, вариант рассматривается? — дабы успокоить свою профессиональную совесть, решил спросить Гастанов.
— Нет… Дело касается проекта 972–231 ”Изгой”, — приоткрыл перед ним кусочек правды Румянцев. — Галактионов не должен выйти из этого места живым. Постарайся сделать это так, чтобы к нам не было никаких претензий. Дам тебе подсказку, когда вскрывается место базирование Мятежников, то всегда потом организовывается много трупов.
С двух сторон, а барон… Так молод… Первый пошел, и повел за собой свою гвардию.
— Понял, — довольная улыбка осветила лицо Гастанова.
Теперь он был спокоен. Приказ был получен, и руки его развязаны.
Не откладывая телефон, он набрал нужный номер.
— Ибрагимов, это Гастатов. У меня проблемы, нужна подмога. Мы обнаружили мятежников, у них здесь неплохая база и тяжелая техника. Срочно нужно окружить район цитательным барьером.
Мы не должны дать им разбежаться.
После этого он положил трубку, и не проронил больше ни слова. Все, кто находились рядом, управляя операцией, уже были в курсе, что нужно делать, и плевать, нравилось это им или нет. Все они имели допуск к секретным делам Канцелярии, кто в меньшей степени, кто в большей.
— Что-то мне это не нравится… — раздался голос одного из операторов.
— Да ну, ничего нового, просто делаем свою работу, — решил подбодрить его напарник, сидящий рядом. — Вот завершим операцию, и пойдем в зал, железо потягаем.
Однако его слова не произвели нужного эффекта, и коллега был таким же мрачным, смотря в свой монитор.
— Факт зачистки меня не волнует… — вдруг сказал он. — Меня волнует, почему Галактионов так кровожадно смотрит прямо в камеру моего дрона?
Всем стало интересно, и они переключили канал, чтобы тоже посмотреть. Вот только от увиденного им почему-то стало невесело. На них смотрела сама смерть! Обычно камера плохо передает ауру человека, но не в этот раз.
* * *Не мог и подумать, что вот так просто Канцелярия решит меня зачистить только за то, что я оказался в поле их интересов. Плевать им на то, что я мог и не узнать ничего о проекте, о котором теперь уже очень хочу узнать.
Это очень удачно Шнырька подсмотрел.
— Волчара… Слушай меня внимательно и не перебивай! — набрал его по своему мобильному, который стоит очень немало, и сделан по спец. заказу, а потому может работать даже сквозь помехи.
