Зазвонил телефон, и он удивлённо посмотрел, зная, что он дал четкое указание секретарю его не беспокоить, только в случае экстренных событий. Что за экстренное событие может быть прямо сейчас?
Румянцев смотрел на звонящую трубку, как на ядовитую змею. Сглотнул, но всё-таки взял.
Что ему сейчас скажут? Что прилетели инопланетяне, и высадились в центре императорского дворца? Или Разлом образовался в центре столицы, и оттуда полезли твари.
Румянцев был готов ко всему.
— Дядя, это я! — это был не секретарь, а его уже немного оклемавшийся племянник, которого он восстановил в должности командира Силовой Группы канцелярии.
— С тобой хочет поговорить Императрица.
— По-моему, рано я тебя вернул на должность. Тебе нужно ещё немножко подлечиться, ты сильно ударился головой.
— Я серьёзно… канцлер. Включаю видеозвонок.
— Но… — он не успел ничего сказать, как перед ним на экране возникла Императрица.
Причем выглядела она безупречно, как в лучшие времена. Даже если сильно присмотреться, не было ни тени болезни недомогания в её глазах.
Безупречный макияж, её обычная снисходительная улыбка, яростный огонь в глазах.
— Ваше Императорское Величество… — выдохнул он, и все за столом замолкли, глядя на него с ужасом.
— Ну что, канцлер, похоже, ты облажался. Даже мою безумную тушку сохранить не смог. Как ты думаешь, ты достоин своего кресла?
— Но Ваше Императорское Величество, в своё оправдание скажу, что это были инквизиторы — люди, которых не должно было существовать…
— Бла-бла-бла, — перебила его Императрица.
— Не надо ничего говорить в своё оправдание. Я звоню сказать, что мы вылетаем в столицу.
— Мы? — уточнил он.
— Да, мы! Я и цесаревна Ольга. Пора вернуть блудного Императора его народу.
* * *Четыре дня ада… По другому я эти дни и назвать не могу. Именно столько времени понадобилось всем знатным особам, чтобы уехать из моей усадьбы. В эти дни мой дом превратился в Центр по обработке данных.
Вернуться Императрице в свой дворец было непросто. Она не хотела лететь тут вслепую, и решила подготовиться по полной.
Она изучала, кто чем дышит и живет, кто теперь кому изменяет, и с кем спит. Как она мне сказала, дворец — это еще тот гадюшник, за которым нужно следить в оба глаза. Например, одна любовница может принести столько изменений, что Империя может лишиться знатного Рода."
"Кстати… о Роде. Когда я спросил у нее про свой Род, и почему Империя допустила его уничтожение, она не смогла дать мне развернутый ответ, но я, кажется, ее понял.
