Кодекс Охотника #12

Просто этот костюм был ходячим экзоскелетом. Примерно таких же ребят я видел в замке Распутина. Хорошие костюмы, годные, мне тоже нужны такие. Может сейчас и поимею один. Парня я не знал, который находился в этой броне, но думаю, что очень быстро узнаю. Он как раз направляется ко мне со своей охраной.

— Я командир Силового Крыла Тайной Канцелярии граф Румянцев.

Я не выдержал и рассмеялся. Многим причина моего смеха была непонятна. По правде говоря, ее понимал только Шнырька.

— Так это ты пытался деда Васю отрындюлить, а в итоге еле сдрыснул от него?

Я увидел непонимание в глазах пафосного графа.

— Ну… Петрович! Хрулёв который… Помнишь, вы ещё деда под шумок замочить хотели, но что-то пошло не так?

Я увидел, как кровь мгновенно прилила к лицу Румянцева.

— Ты забываешься, барон!

— Да-да, забываюсь.

Плевать мне было на то, что он сейчас врубил свою ауру, и находится в артефактной броне. Я вот тоже имею ауру, и показал ему её краешек. Бойцы его это хорошо поняли, и он тоже понял, раз сразу нахмурился.

— Зачем ты здесь, Александр? — в первый раз назвал он меня по имени.

Ого! Он прямым текстом сказал, что я нежелательный гость Канцелярии. Даже не знаю, гордиться этим или опасаться. Выходит, что они все знают о наших отношениях. А еще настолько опасаются, что решили перестраховаться, и послать боевое крыло. Да только неужели оно у них лишнее?

— Как же хреново у вас тут работают сотрудники. Я, кажется, уже все сказал вашему охраннику, который здесь сидит, и даже майору.

— Косицкий… и все? — нахмурился Румянцев-младший.

— А ты что себе вообразил? Конечно, только ради него.

— Тогда я должен тебя расстроить. Мы не можем тебе его отдать. Это дела Канцелярии и Империи.

Я вздохнул.

— Это дела моего Рода, и я тоже не могу отступить, — в этот раз я говорил абсолютно без намека на веселье, на полном серьезе. — Как думаешь, я смогу вывести его отсюда, если захочу?

Румянцев улыбнулся.

— Думаю, что нет! — покачал он головой.

Какой наивный.

— Возможно и нет, — пожал я плечами.

Все же я не собирался идти против Империи, а Канцелярия — это Империя. Другое дело мочить их по-тихому, когда пересекаются наши интересы. Это, как я понимаю, здесь приветствуется, и очень даже практикуется.

— Опустить оружие! — внезапно приказал своим людям Румянцев.

Сам тоже опустил, и неспеша направился ко мне. Когда он уже почти подошел ко мне, то поднял руку и вскинул ее в жесте, который поняли его люди, и принялись выходить из помещения.