Онлайн-библиотека книг
Конечно, зачем нападать, когда возле корпорации ошиваются уже лучшие ее бойцы, которые даже с Абсолютом смогут справиться, навалившись кучей, и действуя слаженно.
— Ладно… Ты мне скажи, что это может означать? Мелкая пакость? — спросил Оборин своего Сбшника.
— Сомневаюсь, — покачал головой седой мужчина.
— А что тогда?
— Война… — совершенно спокойно ответил тот.
— Какая к черту война? — ударил Оборин по столу, но не разломал его, так как сдержался.
Мужчина задумался, стоит ли говорить свои догадки, но все же решил, что стоит.
— Настоящая, бандитская! У мелких банд есть традиция. Когда они кому-то объявляют войну, то воруют самый дешевый транспорт, и просто врезаются на на них в витрины заведений, транспорт или людей того, кому объявляли войну. И чем больше таких происшествий, тем сильнее их намерения.
— Бред… — покачал головой Оборин, который не поверил в такое. — Интересно, кто это сделал?
— Интересно другое, — решил вмешаться мужчина. — Почему в этих корытах не было водителей?
Оборин, конечно же, не поверил этому и близко.
— Босс… Беда… — выдал сходу парень.
— Ну что еще, сука, случилось?! Снова долбанные Шмыгули? — больше в шутку, чем взаправду, сказал Оборин.
Он не верил, что через такую охрану кто-то снова сможет прорваться на Шмыгулях.
— Снова…
— И опять их было штук тридцать?
— Нет… Семь… — как-то очень грустно выдал его охранник.
— Ну, семь это мало, — сжал зубы Оборин. — Чей транспорт пострадал в этот раз? — приготовился он получать неприятные новости.
Но охранник не спешил с ответом.
— Ничей… Шмыгули прилетели в ваши апартаменты!
Оборин улыбнулся с этой смешной шутки, с мыслью, что сейчас посмеется, а потом накажет шутника, но охранник не смеялся.
— На тридцатый этаж? — осторожно уточнил Оборин.
— На тридцатый этаж… — выдохнул охранник.
Через час после того, как Оборин обессиленный упал в свое кресло от непрекращающегося потока матов, на ноги была подняты все боевые силы их корпорации.
Глава 7
Имперская Канцелярия
г. Петербург
— Вызывали, канцлер? — дверь, после вежливого троекратного стука отворилась, и внутрь кабинета канцлера вошел граф Румянцев.
