А все его владения, которые он каким-то чудом даже приумножил, также отойдут в собственность Меньшиковых. Нужные люди в правительстве предупреждены и подмахнут, где надо.
— Нет, господин, нам прямо сейчас дают пи… — звук прервался особо громким взрывом. — Охренительно сильной пи… — рядом кто-то заорал, и окончание слова тоже смазалось. — Да простит меня Ваша Светлость, но такой пи… — снова рядом что-то бухнуло, и князь не расслышал окончания слова, — мне не давали очень и очень давно! Боюсь, господин, что наши войска рассеяны, и сейчас в ужасе бегут.
И ещё плохая новость. Я не знаю, где сейчас Арнольд.
— Что⁈ — по идее, князь должен был закричать это слово в ярости, но он был настолько изумлён, что выдавил из себя какой-то тонкий писк. — Как? Что? Как это случилось?
— Я без понятия, мой господин! Но прямо сейчас мне тоже надо сваливать, дабы у вас всё ещё остался живой начальник гвардии.
Связь прервалась, а князь с изумлением смотрел на молчащую трубку. Наконец, ярость достигла его мозга, и он стукнул кулаком по столу.
Вот только неудачно попал по маленькой чугунной сковородке. Сначала в лицо ему прилетела жареная картошечка, а затем и сама сковородка. Да, сегодня явно был не его день.
* * *
Это была эпичная заруба! Всё, как я люблю. В лучших традициях Ордена Охотников, когда мы выходили против намного превосходящих сил противника, и враг был повержен без малейших потерь с нашей стороны.
Но тут у меня братьев Охотников не было, поэтому я чуть-чуть считерил.
Я взял в атаку с собой только тех, с кем точно знал, что ничего не случится.
Это был я, братан Деган, со своими каменноголовыми подельниками, бессмертный прапорщик, и Карамелька, которую, если что, всегда прикрою.
Один сидел сейчас на самой высокой башне, с новым подарком для генералиссимуса от адмирала Шнырьки. Мелкий Шнарк спёр у Арнольда его артефактный бинокль и торжественно подарил крысюку. Это, между прочим, многого стоило! Шнырька не уважал никого, кроме меня.
Да и уважение ко мне он выражал как-то странно, иногда забывая, кто здесь главный. А Одина он считал, как минимум, равным. Когда я его подколол по поводу того, что у него появился новый друган и спросил, какого хрена он теперь дарит ему подарки, Шнырька на секунду исчез, а потом появился в адмиральской фуражке и с саблей, и важно ответил:
— В чеш-ш-шть дня военно-морш-ш-шких щ-щ-щил!
И с хохотом смылся обратно в тень.
