"
"Второй лифт я даже не стал дожидаться. Я видел, как он шёл вверх, а внутри были серьёзные ребята, которые жаждали моей смерти, и в руках у них были здоровенные пушки. Мне понравился этот ресторан, а они тут могут разбить, к примеру, эти фарфоровые вазы, которым не одна сотня лет. Поэтому разломный краб, образовавшийся на крыше, перерезал трос, а внутри лифта взорвались две огненные саламандры. Я слышал, как волна огня прокатилась по лифтовой шахте. Включилась автоматическая пожарная тревога. Теперь я мог уже действовать более свободно, не боясь привлечь внимание.
Поэтому я рванул вниз по пожарной лестнице, перепрыгивая через целые пролёты.
Аквилу мне пришлось доставать целых два раза. Первый раз, когда один сильный Одарённый отбился от пещерного медведя, но не смог отбиться от меня. И второй раз, когда какое-то подобие теневика решило подкараулить меня в тени. Наивные дурачки…
Когда я вышел на первом этаже, в толпе возбуждённой и несколько испуганной толпы, я мог бы собой гордиться. Я даже не испортил свой костюм, так что мне будет что предъявить Анне в следующий раз, когда она скажет, что я неряха.
Убить сорок два не самых слабых китайских ассасинов, и при этом не испачкать рубашку? Вот это уровень Александра Галактионова!
Анна немного дулась на меня за то, что я не взял её с собой в ресторан. Но я примерно ожидал, что там будет, и не хотел связывать себе руки, поэтому согласился на «ответную месть». Мы целых три часа ходили по женским магазинам, и я даже начал потихоньку втягиваться, особенно, в магазине нижнего белья.
Когда мы с кучей пакетов завалились обратно в гостиницу, я с улыбкой сказал, что у меня ещё есть одно дело. На её вопросительно поднятую бровь, сказал, что нет, никаких смертоубийств на сегодня больше не планирую, просто хотелось бы заскочить в мастерскую мистера Накамура, только мне нужно будет взять с собой Одина. Ну, а с другой стороны, в плане был Пушок, который, походу, в период трансформации отоспался на всю оставшуюся жизнь, и сейчас скакал по номеру, дербаня какую-то косточку.
Ни дать ни взять, ручная бесполезная шавка, если не знать, что творится внутри. В принципе, для охраны Анны должно было хватить. Но я, на всякий случай, позвонил Громницкому и предупредил, что надо присмотреть за моей супругой. Тот ответил согласием.
Когда я выходил из номера, мимо меня проследовали, подозрительно окинув взглядом, несколько крепких мужчин славянской наружности, которых я не видел на борту дирижабля.
