Обычно, она могла еще поспорить со мной, но когда сообразила, что дело касается ее «болезни», то тут же решила отправиться со мной.
А я так и остался стоять… Обдумывать уже ничего не нужно было, все и так было решено, как только я получил этот разговор от Ульриха. И хотя он не просил моей помощи в плане Хельги, но я думаю, что так будет правильно. Ведь она пострадала от них, и теперь находится не в лучшей своей форме.
Я интересовался у друзей, как она себя ведет и чувствует… Те, кто в последнее время ходили с ней в Разлом, говорили, что хреновенько.
С виду вроде все хорошо, но как боевая единица, она стала не совсем надежной.
В обычном легком Разломе девушка какого-то чуда психанула и побежала догонять убегающих червей, что быстро уползали с места бойни, которую она там устроила вместе со Светланой Морозовой. Вот только Хельга так усердно это делала, что не заметила, как забежала на территорию, которая оказалась ловушкой.
Черви там не особо сильные, но вот разум у них коллективный. Они привыкли брать больше тактикой, как бы смешно это не звучало.
Ну, а что еще ждать от их короля, который представлял из себя червяка со здоровенным мозгом. Это скорее походило на то, словно червь попытался проникнуть в уже спокойно лежащие мозги."
"В общем, картинка так себе… И такие существа не редкость. Вот только Хельга про них не знала, а спросить не додумалась. Попав в ловушку, она провалилась сквозь рыхлую землю, которую они ослабили, проделывая в ней свои туннели. И лететь бы ей с огромной высоты, да только повезло, что она не новичок и умудрилась вызвать ледяные клинки, которыми и врезалась в стену, затормозила, сориентировалась и прибила босса, закрыв Разлом.
По словам друзей, она теперь хочет доказать сама себе, что чего-то да стоит, и потому постоянно рискует. Хотя, чаще в мелочах, ведь выволочку ей устроили нехилую, но все же. Поэтому я решил взять ее в это, не знаю, опасное или нет, место. Пусть поучаствует в захвате тех, кто был причастен к ее болезни, и вернет себе былую уверенность.
Потеря уверенности — это обычное дело, но только не среди Охотников. Если Охотник терял увереность в себе, то об этом уже никому не мог расказать, как правило.
Эх… Помню я, какие мы устраивали испытание тем ученикам, в которых сомневались. Как вспомню, так сразу слеза ностальгии хочет скатиться по щеке.
— У меня все готово… — подошел Волк, выведя меня из раздумий.
— Тоже готовы! — а это уже Призрак и Баньши, которые вышли из стены и стали рядом с Волчарой.
