Шнырька понял, что я не очень доволен, и стал проводить разведку более тщательно, но при этом взял с меня энергии в два раза больше, чем до этого. Второй раз показал нам больше, и в принципе, было из чего выбрать. Дальше стали действовать по старинке. Провода стали рваться, а проводка пропадать прямо из стен и из-под земли. Генераторы ломались от того, что в них оказался песок, но даже так размер базы был настолько велик, что надолго этих мер не хватит.
Шнырька знал свое дело, и даже в трансформаторных будках спер предохранители, чтобы те полностью отключились.
Вот тогда уже стало по настоящему темно на базе, но не надолго. У людей здесь были Дары и фонарики. Как только пропал свет, мне нужно было действовать, и я начал.
Призываю триста кротов… За ними идут разные подземные черви и змеи… Это те, кто должны будут попортить имущества по максимуму.
Жаль, Одина рядом нет, он смог бы организовать их достойно, а я так… Сказал вредить, и они пошли. На большее мне было лень тратить время. Мелочь всякую было легко призвать… А вот дальше… Дальше труднее, но деваться некуда.
Начал с призыва больших особей летучих мышей и всяких орлов-переростков, а закончил шестикрылыми драконоидами, которые относились к семействую драконов, но были очень далекими их родственниками без всякой боевой мощи. В общей сложности, полсотни летающих тварей были готовы выполнить любой мой приказ.
Если бы я призвал сейчас тварей на все свои силы, то возможно бы и получилось устроить веселую ночью монголам, но план был другой.
Кстати, о веселой ночке.
Уже две трансформаторные будки пылали от того, что туда залезли змеи и кроты, а когда их заново включили, то произошло замыкание."
"Постоял некоторое время с улыбкой на лице, и отдал приказ, подобрав момент.
— ВПЕРЕД! — гаркнул я на свою летающую армию.
Им дважды говорить не требовалось, и они взлетели в воздух. У нас примерно есть еще час, пока их система ПВО выведена из строя. Хотя… Может и неделя… Хрен его знает, насколько они там хорошие специалисты, чтобы починить все, что Шнырька сломал.
— Н-н-н-н-н-на-да⁈ — возник он на моем плече и протянул мне черную монгольскую косу.
— Давай! — пожал плечами и закинул ее в кольцо. Кажется, после смерти у Шнырьки снова обострилась клептомания, но пусть уж чей-то клок волос, чем… ай, даже вслух говорить не буду, Решил малой поиграть в барбера — да и фиг с ним!
Сегодня, как минимум, один монгол будет рыдать, вспоминая свою прическу. А ведь у них длинная коса считается признаком мужества.
