Кое-что о тебе (ЛП)

– Я бы позвонила, если бы ФБР не запретило контакты с внешним миром, – язвительно бросила Камерон через стол, затем повернулась налево: – Да, ночь оказалась чрезвычайно напряженной. Спасибо за сочувствие, Эйми, – и потянулась за бокалом с вином.

– Перестань, ты же знаешь, я тоже беспокоюсь, – поймал ее за руку Колин.

Камерон сверкнула на него свирепым взглядом, но руки не отняла:

– Тогда прекрати ныть, что я не позвонила.

Нахал выдал ей одну из своих фирменных невинных улыбочек. За последние двенадцать лет Камерон наблюдала этот трюк бессчетное количество раз, и все равно он на нее действовал.

Как правило. 

– Прости. Слушая твой рассказ, я разнервничался и непозволительно выплеснул эмоции через раздражение. Мужские заморочки, – извинился Колин, пожимая подруге ладонь. – Не нравится мне, Кэм, что ты очутилась через стенку от убийства. Странные звуки, подсматривание в глазок за таинственным незнакомцем в капюшоне – этот сценарий чересчур хичкоковский на мой вкус.

– А я ведь еще не сообщила вам о главной фишке, – спохватилась Камерон.

– Один из агентов, расследующих дело со стороны ФБР – Джек Паллас.

Эйми понадобился какой-то миг, чтобы сообразить, о ком речь.

– Постой – тот самый агент Красавчик?

– Тот самый агент Козел, – поправила подругу Камерон. «Красавчик» было прежним прозвищем для Джека, выброшенным из употребления давным-давно. С тех самых пор, как федерал обвинил ее в получении взятки от Роберто Мартино. 

– Вот это действительно фишка. И как там нынче агент Козел? – сухо поинтересовался Колин.

Как лучший друг Камерон он де-факто был обязан относиться к Палласу с такой же враждебностью.

– Что важнее, каково было увидеть его после стольких лет? – уточнила Эйми. 

– Милая получилась встреча. Все время обменивались колкостями и язвительными выпадами.

– Но он по-прежнему все такой же знойный парень? – Эйми с Колином переглянулись. – Ну, хоть кто-то из нас должен был спросить. 

– Вам не кажется, что это к делу не относится? – Камерон напустила на себя невозмутимо-пренебрежительный вид и отпила вино.

Вот только глотнула чересчур поспешно, чуть не захлебнулась и закашлялась, судорожно хватая воздух. 

– Расцениваю ответ как положительный, – ухмыльнулась подруга.

Камерон промокнула салфеткой слезящиеся глаза и повернулась к Колину за поддержкой.

– Не смотри на меня – я в такие дела не вмешиваюсь, – заявил тот.

– Хотелось бы напомнить вам обоим, что этот кретин опозорил меня на всю страну.

Камерон фыркнула, но немного смягчилась.