— Надеюсь, ты не в той нехорошей квартире живешь?
— Саму квартиру снимали где-то в другом месте. Хотели здесь, но собственники заломили такую сумму, что киношники не потянули. Сонь, тут нехороших квартир в доме… Сто шестьдесят всего, из них половина коммуналки, причем огромные. Десять двадцатикомнатных. Они в жутком состоянии, их невозможно расселить.
— Ни фига себе!
— Дом строился для очень богатых людей. Ну а в итоге… вышло то, что вышло.
Мы поднялись на второй этаж по обшарпанной лестнице. Новая металлическая дверь выглядела примерно как сверкающие виниры у древней старухи.
А внутри оказалось неожиданно уютно. Из крохотной прихожей одна дверь вела в ванную, другая — в комнату с кухонным уголком, отделанную в белом и лиловом цветах. Деревянная лестница поднималась наверх — на антресоли, где помещались только двуспальная кровать, тумбочка и книжные полки.
— Симпатично, — оценила я. — Домик-пряник.
— Кофе?
Сереж, ты серьезно? Кофе?
— Ну должен же я был спросить? — рассмеялся он, правильно считав мое выражение.
— Все, спросил, переходи к следующему пункту программы, — я подошла к нему и положила руки на плечи.
Ночью мы были не особо трезвыми, да и вообще в угаре, но сейчас и на свежую голову как будто отжали кнопку паузы и продолжили с того же самого места.
Ой, мамочки, это правда я?"
"Кирилл говорил: ты, Соня, не тормоз, а медленный газ. Я подозревала, что кто-то делает что-то не то, но не озвучивала. Зато сейчас и делать ничего не надо было. Потянулась к пуговицам на рубашке Сергея, и никакого стеснения не было или мыслей: ой, а что он обо мне подумает.
Потому что все правильно подумает! Как надо.
— Сереж, а мы прямо здесь будем? — спросила я, расстегивая его джинсы. — Или какую-нибудь плоскость найдем?
— Диван опасный, — ответил он, стаскивая с меня футболку. — Может развалиться. Стол тоже хлипкий. Душ на десерт. Остается только наверху. Туда тебе придется самой подниматься. Я бы донес, но рискованно. Не хотелось бы погибнуть в такой момент.
— Ничего, дойду, — я подождала, пока Сергей вытряхнется из штанин, и потащила за трусы к лестнице.
Симпатичные такие, кстати, труселя, черные, вполне секси. Да и сам он просто супер. Так бы и смотрела. Но нет, потом посмотрю. Успеется.
Где-то в процессе подъема потерялся лифчик. Сам расстегнулся? Или кто-то расстегнул?
— Слушай, а кровать-то нормальная? — спросила я, сдернув покрывало. — А то диван опасный, стол хлипкий, лестница стремная.
