Что, нагулялась, София?
— Да как тебе сказать, кот? Если бы не ты, то, может, и не вернулась бы. Сегодня.
Так а чего вернулась-то? Шаболдалась бы дальше. Пришла бы потом выбросить мой разложившийся труп.
— А чтобы не пришлось вызывать дезинфекторов.
Его раздувало прямо на глазах. Почти как рыбу-фугу. Во все стороны летели искры.
— Скотина ты, кот, — сказала я, пристраивая куртку на вешалку. — Нет чтобы порадоваться за меня. Все только тебе, тебе, тебе. А я думала, мы дружить будем.
Нет, не как фугу. Как дикобраз, скорее.
Сейчас иглы полетят. Ядовитые.
Дружить, да? А кто мне со своим гадом яйца отрезал? И теперь ты хочешь, чтобы я радовался твоей личной жизни с этим самым гадом?
Развернувшись вполне по-полицейски, Пикс ушел в спальню, запрыгнул на кровать и растянулся поперек. Мол, где гуляла, Соня, там и ночуй.
— Все сказал? — я остановилась на пороге.
Все. Корму насыпь, горшок помой и свободна. Вали хоть сейчас обратно к своему коновалу.
— Как-нибудь сама разберусь, куда и когда валить."
"Но пакет куриных кусочков в желе в миску вытряхнула и лоток помыла.
Беседа эта, конечно, мне настроение подпортила. Такие прекрасные два дня — и вот пожалуйста, извольте радоваться. Подумалось, что мосты наводить к Пиксу Сергею будет сложно. Если вообще возможно.
Пойти, что ли, поколдовать для восстановления? Кофейным образом? Кофе-то мне Серый сварил на ход коня, но что он там мог сварить? Насыпал какой-то мусор в ковшик, у него даже турки нет. Выпила, конечно, поблагодарила.
Мне нравился финский кофе с сыром, но с тех пор как финка захлопнулась, нигде было не найти ни финского лейпяюусто, ни норвежского карамельного брюнуста.
Может, мокко? Как раз купила за конские деньги светлую обжарку. В нем уже есть легкая фруктовая кислинка, значит, лимон и лайм не пойдут. А вот мята будет в самый раз.
Налив в ковшик воды, добавила сахар и поставила на плиту кипятиться. Как только забулькало, насыпала чайную ложку сушеной мяты, прогрела хорошенько и процедила. Смолола кофе, сварила в турке эспрессо, добавила в него какао.
В ирландский бокал налила слоями молоко, мятный сироп и кофе, а сверху украсила взбитыми сливками из баллончика.
Уже сама эта возня подействовала успокаивающе, а когда села на свое ритуальное место с бокалом ароматного кофе, тем более все показалось не таким трагическим.
Ничего, как-нибудь утрясется.
Хотела уже сесть за работу, но тут позвонила Лида.
— Лебедева, зараза, — завопила она, даже не поздоровавшись, — я жду, жду, а ты с концами.
