Может, ты вспомнишь, какие формулы там были?
- Я как раз собирался прочесть их сегодня после того, как отзанимаюсь с последним учеником. Потому что завтра в десять утра у меня встреча с Разумовским, на которой я должен буду поделиться с ним своими соображениями. И что мне теперь прикажешь делать? Как вообще это все могло случиться? Как этот негодяй оказался на столе с бумагами?
- Лешенька, миленький, это я виновата, я сидела за столом, а потом отошла позвонить, а стул отодвинуть забыла. Леш, ну придумай, как это исправить, я сделаю все, что ты скажешь.
Ну хочешь, я сейчас сяду за компьютер и наберу заново эти страницы?
- А формулы как же?"
"- Да, формулы... А давай позвоним Разумовскому и честно во всем признаемся, а? Ну он же живой человек, он же должен понимать, что такое щенок в доме. Это все равно что маленький ребенок, он может стащить и испортить все что угодно. любой документ. Даже деньги. А, Леш?
Алексей безнадежно махнул рукой и присел на краешек дивана.
- Мне нравится это ""мы"".
Мы позвоним, мы признаемся. Звонить и признаваться придется мне. А щенка, который отравляет нам жизнь, принесла в дом ты. - Он посмотрел на часы. - Звонить уже поздно, двенадцатый час, это неприлично. Значит, придется звонить завтра с утра. Объяснять ему всю эту бредовую ситуацию, просить подослать еще один экземпляр рукописи, а встречу переносить на другое время. Проблемы и для него, и для меня. Только эта лохматая дрянь живет без проблем.
Настя опустилась на пол рядом с мужем, обняла его колени.
- Леш, ну прости меня. Я кругом виновата. Только не злись на Парня, ладно? Он ни в чем не виноват, он же маленький совсем. И у него тоже проблемы. Он хозяина потерял. Он, наверное, очень по нему скучает, и по-своему страдает, и не понимает, почему он должен жить у чужих людей, которым он в тягость. Попробуй ему посочувствовать.
Алексей внезапно улыбнулся, наклонился к Насте и поцеловал ее в нос.
- Ладно. Действительно, не катастрофа. Не выгонять же Парня из дому, придется терпеть.
Ты голодна?
- Как волк.
- А чего молчишь, есть не просишь?
- Так ты с учеником на кухне занимался.
- Ученик уже ушел.
- А потом ты ругался.
- Я уже не ругаюсь. Пойдем, я тебя накормлю, потом чистить зубы и в постель.
Через полчаса, выходя из ванной, Настя заглянула на кухню. Чистяков сидел на диванчике, прижимая к себе щенка, почесывал его между ушей и что-то нашептывал. От этого зрелища у нее слезы навернулись на глаза.
